Королевские чётки-2: зерно Рабочего

Вот! На случай, если он забыл и считает меня светской балаболкой!

— Потому что я рыцарь Армады! — вновь перекричала его я. — А вы, сэр Боран Дварлоци, арестованы по подозрению в государственной измене!

Я удивилась сама себе, минут десять назад я не верила, что смогу сказать это человеку, чья вина еле доказана. Но теперь, после его спокойного голоса и невинного взгляда, на фоне всего, что случилось, делал это как необходимость.

Взгляд Борана переменился, веки расширились, ноздри раздулись:

— Что? Что вы говорите? Что же это вы говорите? Как.

.. да как вы можете... — рука его упала вниз, меч теперь смотрел в землю. Он встрепенулся и вставил его в ножны.

Рот его чуть приоткрылся, заглатывая воздух, лицо залила краска, он развернулся и неестественной походкой направился к двери. Я мерно шагала за ним, не выпуская меч, потом опомнилась и чуть обернулась:

— Ты в порядке? Пошли, — я глянула на Антута, тот был бледнее обычного и буквально кинулся следом за нами.

— Он говорит, что я убил короля, — тараторил он. — Я ничего такого не делал.

Неужели он думает, я не в курсе?

— Антут, я вам верю, — на всякий случай заверила я. Как вообще обращаться к этому парню на ты или на вы?

Дорогу в приёмную искать не пришлось, Боран знал её. Там нас ожидал Дарган, он опёрся руками о стол, изучая лежащие там бумаги, от него исходило напряжение. Вряд ли он нашёл там оправдание Борану.

Шагах в десяти в тени книжного шкафа на фоне пёстрых книг терялся красный балахон.

Сэр Брюстек упёр взгляд в пол и не двигался, но, готова спорить, ничто не ускользало от его внимания. Я встречалась ранее с этими шпионскими штучками.

Подняв голову, Боран дёрнулся так, что чуть не напоролся на мой меч.

— Ваше Величество! — воскликнул он. — Вы...

— Я.

Умеет же Дарган заставить оцепенеть одним звуком своего голоса. Весь холод, прозвучавший в его интонации, адресовывался Борану, но и ко мне будто применили замораживающие чары, сердце сжалось.

Однако ледяное ощущение тут же растаяло от неуместного восторженно-удивлённого крика Антута:

— Как ты его назвал?!

Я перевела взгляд на разбойника, стоявшего с распахнутым ртом и вытаращенными глазами. И всё же никого кроме меня его реплика не озаботила

— О Бог мой, да я ведь похоронил вас, — лепетал Боран.

— Я знаю! — Дарган приподнял бумаги и ударил ими о стол.