Ученица чародея

Там, в конце длинной и узкой комнаты, на деревянных полках стояли ящики с письмами. Принцип сортировки Эля поняла довольно скоро – по местоположению адресата. Семья Александра Крамера проживала в центре Крумберга, а значит нужно искать письма для Центрального района.

Спустя двадцать минут Эле начало казаться, что ящик обладал своей собственной магией. Снаружи он казался небольшим, но груда чужих писем становилась всё выше, её письма всё не было, и конца края этому не было видно. Наконец, взгляд зацепился за знакомый, ее собственный, почерк.

- Я нашла его. Можем уходить, - обратилась она к грабителю, со скучающим видом подпиравшему стеллаж.

- Отлично! Я уж было подумал, что мы останемся здесь дожидаться почтальонов, а заодно и полисменов. Вот было бы весело, - не скрывая сарказма, ответил он.

 

Обратный путь был гораздо короче. Или Эле это только показалось? В общем, не успела она и глазом моргнуть, как они оба уже стояли перед закрытой дверью почтового отделения, а её похолодевшая рука сжимала неотправленное письмо.

Ей бы только до дома добраться и всё – уничтожит письмо и больше в жизни никогда не напишет ничего такого, что подвергнет ее репутацию и репутацию всей семьи опасности.

- Теперь верни мне медальон, - холодно напомнил Кир, видя, что она полностью погрузилась в свои мысли. – Где он?

- Получишь его завтра на городском празднике.

- Как это завтра? Мы так не договаривались, принцесса, - прорычал он, схватив Элю за запястье. – Ты вернешь мне медальон немедленно, ясно? Мы сейчас же пойдем туда, где ты его прячешь!

У грабителя была железная хватка и невероятно суровый вид.

Все остатки хорошего настроения и непринужденного вида слетели с него как прошлогодняя листва с деревьев. Эля сглотнула и звенящим от напряжения голосом сказала:

- Я обещала тебе, что верну его и я верну. Завтра вечером. Встретимся во время состязания лучников, на них придет смотреть весь город, так что никто не заметит нас у памятника Оресту Первому.

Кир понимал, что у девушки есть свои причины не доверять ему, осознавал, что это довольно разумный способ передачи медальона из рук в руки… Это всё отмечала и фиксировала рациональная часть его мозга.

А иррациональная часть была в ярости и ужасе. Медальон, который должен указать Киру его саати, снова уплыл из рук. Природное начало, то самое, которое стремится, во-первых, найти свою пару, а во-вторых, выжить (да-да, именно в таком порядке) буквально выло от разрывавших его страстей.