Хроники Даргица и Дарлы. Том 2-й

– Тот ещё кинотеатр случайного показа! А кстати, было бы интересно: сеанс-в-слепую. Есть же такие свидания: с кем повезёт, с тем и свидишься. А тут – сновидишься. В книжных, помню ,даже акция такая шла: заворачивают книгу в крафт-бумагу, бечёвкой так креативно перевяжут и аннотацию от руки напишут, да такую, что Колобка – за экзистенциальный философский роман выдадут! Вот так и с кинотеатром: покупаешь билет на неведомы сеанс и смотришь, что покажут. Билеты на такие сеансы-в-слепую дешевле обычных, но и риск – гораздо больше: ни тебе трейлера-тизера-пызера, ни даже афишки какой.

Что купил – то и гляди. – Задумываюсь на секунду-другую. – А ведь возможно, если погуглить, то что-то похожее и обнаружится, чисто в качестве рекламного эксперимента.

-Да над всем твоим смертным видом такой эксперимент проводится, - подаёт голос Даргиц, лёжа на боку и лениво неспешно обрабатывая коготь пилочкой. – От воплощения до воплощения, со всеми эффектами и ощущениями – та ещё лотерея! И только редкие из вашей породы вдруг соображают, что вовсе не обязательно всё это «кино» смотреть.

Можно вообще выкинуть билетик на очередной круг сансары – и пойти, скажем, ромашки нюхать и венки из одуванчиков плести.

-На тебя глядя, я могу с уверенностью сказать: себе-то ты в просмотре кино не отказываешь, - с улыбкой замечаю я, разглядывая даймона. – Причём ни копейки не заплатив, только моей памятью воспользовавшись!

Даргиц озаряет меня улыбкой в миллиард жемчужно-белых клыков. Сегодня он единоличник. В смысле, с одной головой.

Зато какой масти! Круэлловской, ага, в идеальном монохроме выдержанный. Но чисто с даймоновским шиком: по чёрной половине тела взыскривает характерный авантюриновый блеск, текучий, изменчивый, радужный – от серебристого до роскошного пурпура. Белая же часть тулова словно драгоценной финифтью или чеканкой украшена, белым по белому. Узоры заметны только под определённым углом и что они там изображают, лучше не всматриваться!

-Кому-то пришёлся по душе мой пассаж о чёрных одеждах? – любопытствую я.

– Или этим ты намекаешь, что в каждом – есть немного Круэллы?

Даргиц снова скалится в ослепительной улыбке и, только стрельнув взглядом в сторону, даёт намёк, откуда вдруг такая тяга к монохрому.

Там, в вещном мире, на рабочем столе – сооружён самый настоящий миниатюрный алтарик имени него, Даргица. В окружении красивых камушков лежит круглый значок с личиной сфинкса, располовиненой на чёрное и белое. Даргицу это льстит и размеры алтарика его не смущают.