Добрыня Лукич супротив змеесаксов

От удара те попадали на землю. Только они успели подняться, как раздался громкий стрекот. Вокруг отступающих ратников засвистело, будто от града стрел. Этот град летел из кольев "Терема". Мечислав ойкнул и наклонился, с головы его слетел шлем. Тут же взвыл от боли Лучезар, который мог бы давно добежать до леса, но ему было стыдно оставлять товарищей. Струя огня снова вырвалась из Паука и сожгла траву, по которой только что пробежали порубежники. Следом затарахтел “Сарай”, и из его толстого хобота с грохотом вылетел сноп огня, над головами ратников что-то тяжело просвистело, и тут же деревья впереди них разлетелись на мелкие щепки, осыпав ошеломленных ратников.

Хорошо, что до леса было не так далеко, вскоре богатыри сумели добраться до него и скрыться от огня чудищ. За спинами у них грохотало, трещали и валились деревья, летели щепки и комья земли, многие деревья и кусты загорелись. Порубежники уже порядочно отошли от поляны и остановились. К ним присоединился Сокол, который все видел с вершины своего дерева.

- Сюда им не пробраться, но сейчас они начнут палить и ломать лес. Столько бед натворят окаянные! - сказал Мечислав, понурив голову без шлема.

- Да, так просто с ними не сладить, - произнес Финист. - Когда они пошли на вас, я выпустил по чудищам десятка три стрел, в самые разные места метил, но бесполезно. Стрелы против них как былинки.

- Я думаю, что и другое наше оружие не возьмет их, - покачал головой Мечислав.

- Тут надо что-то другое, тяжелой кавалерией трицератопсов хорошо бы вдарить.

Черт-телеги меж тем решительно ломали и жгли лес, стремясь догнать беглецов. Одни за другим трещали и падали огромные деревья, полыхали трава и подлесок. Сокол и Мечислав подошли осмотреть Лучезара. Кольчуга у него на спине была пробита, пробита и рубаха и на коже немного ниже лопатки виднелась длинная красная рана, из которой сочилась кровь.

- Ерунда, малец! Царапина, словно мечом слегка ударили, до свадьбы заживет! - сказал Мечислав.

- Спасибо на добром слове, Мечислав Радогорович, но жениться вы меня не уговорите, - сказал Лучезар, морщась от боли и улыбаясь одновременно.

Мечислав усмехнулся и потрепал парня по голове, Сокол достал из походной сумки сушеного подорожника и присыпал рану Лучезара. В это время Святогор, до этого момента лежащий на земле, пришел в себя, сел и очумело завертел головой.