Добрыня Лукич супротив змеесаксов

- А где ты такое уже видал, Мечислав Радогорович? - спросил Добрыня.

- Давно это было, еще во времена прошлой войны с ящерами. В одной деревне в Сибирских землях, где стоял наш отряд, там был парень один. Кузнечеством промышлял, мечи ковал хорошие, мы к нему часто ходили выправить оружие. Парень был молодой, удалой, росту высокого, плечистый и с русым кудрявым чубом. Девки на него заглядывались, а он задурил — жену себе взял не из наших, а чужую какую-то. Девка та была, как по мне, никудышная, против наших девок, румяных да златокосых, как коза против косулей.

Я видел ее мельком несколько раз, когда ходили к нему с работой. Волосы черные, прямые, вся из себя тонкая, гибкая, словно без костей, ни сзади, ни спереди нет ничего, будто и не баба вовсе, а глазищами желтыми как глянет, аж не по себе становится. Но приворожила того парня, что он совсем голову потерял, никого слушать не хотел, поперек воли родителей пошел. Отстроил себе избу отдельную на краю села и стал с ней жить.А потом и детки пошли у них. Как детки пошли, так парень сделался мрачным, как туча, нелюдимым, гостей к себе больше не звал и сам ни к кому не ходил. Как придет домой, так и сидит там с женой и детками, никого чужого в дом не пущает. Потом к хмельному начал прикладываться, работать стал хуже.Я уж этого всего не видел, после люди передавали. Жена у него оказалась плодовита, как кошка, за четыре года десять детей принесла. Стало ему тяжело кормить такое семейство, хоть он и пропадал с утра до вечера в кузнице. Его жена хозяйством заниматься не умела совсем, а с родителями и братьями он разругался. И вот стали его соседи замечать, что у них птица пропадает, скотина болеть начала. Ну и стали думать на его жену, паче, что с деревенскими бабами она не якшалась, на праздники вокруг идолов хороводы водить не ходила, все сидела дома с детками и только по вечерам выходила иногда на улицу.Как-то раз одна их соседка вышла поутру подоить мамонтиху и задать корму динохиусам, вдруг видит, как кто-то с заднего двора выскакивает и убегает. А загон с цыплятами орнитомимусов открыт, там шум, кутерьма, перья везде. Выскочила она вслед за вором и видит, как огородами убегают четыре ребятенка, прыткие такие, головки черненькие, через забор сигают, а иные под забором проныривают, а кто-то и между частоколинами проскальзывает. И все они в один миг скрылись за забором того кузнеца. Она как увидела такое, так чуть не упала прямо в корыто для динохиусов.