Снежные сердца

— Изучать окружающий мир, это ересь? — удивилась я, — Вы, обладая бессмертием, на что тратите свои жизни? На интриги, ничегонеделание и сомнительные проекты по спасению себя любимых за счет других? Неудивительно, что богиня вас прокляла, я бы тоже не стала терпеть такое неуважение к ее дарам.

— Вас? — брови эльфа поползли вверх, — Разве ты не такая же, как все мы?

Упс!

— Мыслим мы точно по-разному, — выкрутилась я, не сказав ни слова неправды. — И вообще, не пора ли перейти к более конструктивному диалогу.

Неужели это был единственный ваш план — попытаться получить с моей помощью еще одного гипотетического будущего мага? И чем закончились предыдущие попытки?

Народ заерзал на стульях, пряча глаза. Отвечать никто не хочет, все как у меня на работе, на оперативке. Что ж, пусть тогда отвечает главнюк. Перевела взгляд на Эрфандиэля:

— Насколько все плохо, и когда вы планируете остановиться в своих исследованиях?

Отвратительно высокомерное выражение его лица чуть было не разозлило меня, тоже мне, пуп Вселенной.

Пришлось использовать старый проверенный прием: вспомнила физиономию эльфа в момент, когда Сирин красиво «умыл» его с жезлом. Мой рот сам начал растягиваться в улыбке, пришлось ее сдерживать. Эрфандиэль, глядя на меня, едва заметно нахмурился.

— Девочка, ты чересчур много себе позволяешь, вмешиваясь в разговор взрослых… — начал он с нескрываемой издевкой в голосе, но я тут же его перебила:

— Вы уж определитесь, уважаемый! Или я девочка, или подходящая кандидатура для зачатия младенца! Если я достаточно взрослая, чтобы вступать в брак, то и относиться ко мне извольте, как к взрослой, не лишая права слова!

— Дерзкая, — насмешливо хмыкнул старейшина, прищурив глаза, — ты мне начинаешь нравиться.

Как приятно будет тебя ломать, усмиряя. Но изначально ни о каком браке речь не шла.

— Даже та-а-ак… — разочарованно протянула я. — Ты знал? — я обернулась к Сирину. Тот отрицательно качнул головой, не сводя с главы Совета ненавидящего взгляда. Неужели для него впервой открытие того факта, что сильным мира сего, как и во всех мирах, ничего не стоит перешагнуть через кого угодно, воспользоваться тем, кто слабее и выбросить, как ненужную тряпку?

— Сменились место, обстоятельства, системы символов и знаков.

Но запах, цвет и вкус предательства во всей Вселенной одинаков… — тихо продекламировала я, чуть изменив знаменитое в моем родном мире четверостишье, глядя ему в глаза.

Губы Эрфандиэля дрогнули, но он промолчал.