Попаданец с четырьмя колёсами

Словом, не успел я приземлиться, как заметил шныряющих по территории нефтебазы недружественных нам агентов, явно замышляющих что-то недоброе.

Подсчитывать их количество у меня не имелось ни времени, ни желания. Да и не смог бы я задержать более чем одного. Разве что пришибить парочку насмерть, а уж следующего взять в плен обязательно живым.

Так и получилось: двоих я придавил с лёта, размазав по щебёнке и превратив если не в высококачественный асфальт, то, по крайней мере, в нечто к нему приближающееся по свойствам.

А третьего, слегка приплюснув сначала своим весом, а затем и магией, сумел захватить в плен. И допросить. Остальные, похоже, попрятались кто куда.

— Как тебя зовут-то, сопля? — прорычал я на низких оборотах.

— У меня нет своего имени! — гордо произнёс он. Ты смотри, за пять минут до смерти, а как себя ведёт!

— А чьё же у тебя есть? Соседское?

— Я — Один из Пятидесятой Девятки! — столь же горделиво заявил он.

— И все одинаково серые? — удивился я.

— Как же вы друг друга не путаете?

— А какая разница, кто есть кто? Миром в конце концов будет править серость!

— Это почему же? — опешил я.

— Да потому, что люди в своей массе не хотят выделяться. Им проще оставаться серостью. Мы — выразители интересов большинства народа! И большинства народов! И с этой идеей покорили уже несчётное количество миров. Не станет исключением и этот!

— А вот фиг тебе! — спокойно ответил я.

— Это почему же? — удивился «серый человечек».

— Очень просто: в глубине души каждый представитель вашей «серой массы» надеется, что, если бы ему предоставилась возможность, то… — я сделал паузу и мечтательно закатил фары. Подфарники и всё остальное, как положено, продолжали наблюдение за противником.

— То — что? — заинтригованно спросил «серый человечек».

— То он бы смог стать «первым среди равных», а потом «первым над равными», а там и «первым над первыми»! К сожалению, не каждому даётся такая возможность.

Но некоторым, — и я слегка пошевелил его шевелюру своим левым передним колесом, — может предоставиться. Главное — не упустить её.

— А как не упустить? — с жадностью спросил он. И я понял: клюнуло!

— Слушай, что я тебе скажу. Слушай и запоминай. В этом мире вам ничего не светит. И потому, что здесь есть я, — я «скромно» поставил свою персону на первое место, — и потому что на этой планете много магии. А есть миры, в которых магии нет вообще.