Попаданец с четырьмя колёсами

А тогда я не знаю, что бы с ним сделал!

Оббежав несколько раз вокруг продолжающего оставаться окованным сарая, он сначала разочарованно — или непонимающе — развёл руками, потом радостно — или успокоительно — хлопнул себя оными по бокам — и направился ко мне.

— Всё в порядке! — улыбаясь, доложил он. — Защита нигде не нарушена!

— Да? — недоверчиво переспросил я. — А вот я не был бы столь оптимистичен…

— Ты о чём? — не понял Памплисиодор и странно посмотрел на меня. — Ты хочешь вторгнуться в мою вотчину?

— Да всё о том же… И ни в коем случае не хочу отнимать у тебя хлеб.

Но… я, конечно, совсем недавно в ваших краях, и примерно столько же сталкиваюсь с магией, однако мне кажется, что общий фон её несколько изменился… в этих местах. Ты не находишь? У нас говорят, свежий глаз лучше видит.

— Что ты имеешь в виду? — чуть не окрысился на меня Памплисиодор.

Я не стал говорить банальное «Что имею, то и введу!» — по причине немножко не той ситуации и общей моей тенденции к отсутствию желания всё опошлить — не в пример поручику Ржевскому.

Но я так подумал! А думать, извините, никому не запретишь. Как бы кому другому этого ни хотелось.

Вместо этой пошлятины я сказал прямо:

— Ты сейчас ничего странного в окружающем сарай магическом фоне не замечаешь? Или в магическом фоне самого сарая?

— А что я должен замечать? — недоуменно ответил Памплисиодор, чем оживил в моей памяти ещё один анекдот, про двух обезьян, сидящих на дереве под дождём.

— Да у меня складывается такое впечатление, — медленно начал я (А куда спешить? Мы всё равно опоздали!), — что сарай пустой.

Нету там никого. А когда я в прошлый раз был здесь… Тогда, когда мы повстречались с тобой, — уточнил я, — в сарае кто-то определённо сидел взаперти. И очень сильно хотел оттуда выбраться. А вот сейчас…

Памплисиодор неожиданно для меня сдавленно хрюкнул, развернулся на месте и упал на колени перед сараем. Что это означает? Он превращается в свинью? В этом магическом мире уж и не знаешь, что может произойти в следующий момент.

Однако в свинью маг не превратился.

Хотя чуть ли не рыл землю носом, и в таком положении, на коленях, вновь обошёл весь сарай по периметру.

— Пожалуй, ты прав… — озабоченно произнёс он, вновь вернувшись в исходную точку, передо мной. — Но я никак не пойму: как это могло случиться? Я ведь оковал цепями все четыре стены… и крышу! Наложил самые прочные заклинания! Ничего не понимаю…

— А под сарай ты цепи заводил? — дипломатично поинтересовался я, интонацией выделив слово «под».