Следствие ведёт Кощей.

А щитом он только прибьётся.

Костюм ему тоже не отдам, великоват будет, да и не признает он никого, кроме меня. Кольчуг, вроде, у меня сроду не было.

Дверь распахнулась, впуская царевича. Я прищурил глаза: волосы топорщатся, взгляд горящий, лицо упрямое – хоть сейчас иди на врага, всех покусает!

- Господин Кощей, мы идëм в Навь?

Остановился, не дойдя десяток шагов. Если раньше он пугался самого название подземного мира, то сейчас ему не терпелось туда спуститься за братом. Оценит ли такую преданность Ратмир?

Я кинул ему апельсин: в этих краях данный фрукт не рос и считался диковинкой южных краëв.

У меня пять килограмм в стазисе стоят, дешевле было открыть портал и «сбегать» за ними на Землю.

- Ага, уже бежим и волосы назад, - серебристые глаза уставились на меня в непонимании. Не оценили мой тонкий юмор, жаль. – Всë завтра, царевич. И не сопи, как обиженный ëжик. Пойдëм подберëм тебе хоть что-нибудь.

- Мне?..

Оставалось только хмыкнуть. У меня никогда не было сокровищницы, как и груды золота, зато была лаборатория и маленькая коллекция волшебных вещей.

И мы вновь спустились туда, чтобы подобрать «пару» кольцу Огнеслава.

Ночь прошла, настало утро ясное... а что это у меня рядом сопит?

Так всегда, мозг реагирует быстрее, чем всё остальное, и моя рука опустилась на это “что-то”, заглушая сопение. Ровно на пару секунд, прежде чем знакомый голос ойкнул от боли.

- Царевич? - действительно он, под своим одеялом нагло спал на моей кровати. То, что под своим, уже хорошо, а то неловко бы вышло.

- Ты что тут забыл? Я же тебе выделил комнату?

Огнеслав, потирая живот, посмотрел на меня со смешанной гаммой чувств, от обиды до смущения, приподнимаясь на ложе в белой нижней рубашке. Заспанный, растрёпанный, сразу видно - царевич!

- Так что? - зевнул. Я бы ещё поспал, но уже всё, встали называется.

- Там было страшно, - я изогнул бровь. - Ну знаете, новое место, разные слухи о вас, ваши странные пугающие слуги... - он начал краснеть от своих слов. Попросту испугался. Ну, в принципе, для такой хрупкой души, как он, не удивлён.

- Простите, - и натянул одело до подбородка аки красная девица.

- Ладно, расслабься, - я спустил ноги на мягкий ковёр, зевнув и откинув одеяло. Сзади снова ахнули. Может он всё же девица? Заколдованная там, а Горох и не в курсе. А что, слыхивал о таком, был парень, а оказался девушкой. Наоборот, кстати, тоже было, и довольно часто.

Дабы не смущать своей красотой юные ума, щёлкнул пальцами, облачаясь в чешую.