Делец

Но, тем не менее, от скандалов Некромант уставал. И нашёл выход. Вернее, выход сам нашёлся, когда после очередного же дознания, к Некроманту приблизился один из дознавателей – явно из породы молодых и наглых и спросил:

–Я слышал, что у вас был скандал третьего дня? Некий господин Нимлот ворвался к вам с гневом и требованием вернуть задаток?

Некромант был в удивлении и смятении. Рассказывать о своих скандалах он не любил. Он вообще мало с кем общался кроме работы – служение смерти забирало много жизненной энергии.

–Вы хорошо осведомлены…– заметил Некромант, оправившись от шока.

–Профессия такая, – улыбнулся дознаватель. – Но ваши проблемы, мой друг, от вашей безграмотности. Вы предупреждаете о последствиях в устной форме, а надо в письменной. Заключать договор.

–Э…– Некромант почесал затылок, – понимаете, я не очень-то разбираюсь во всех…ну во всём этом.

–В законах, – подсказал дознаватель и протянул руку, – меня зовут Юстиниан, и за небольшую долю от ваших доходов я готов стать вашим доверенным лицом и отстаивать ваши интересы.

Предложение было соблазнительным. Некромант, пожимая протянутую руку, решил, что попробовать всё-таки стоит, и не пожалел об этом уже через неделю, когда во время очередного скандала, Юстиниан браво ворвался в гневные возгласы маркиза С., и ткнул ему под нос несколько листов бумаги, составляющих этот самый договор и подписанный рукою самого маркиза С.

–Вот здесь вы прочли обязанности и права сторон, положение о форс-мажорных обстоятельствах, а вот здесь мелким шрифтом…

Маркиз С.

попытался заорать. Но договор, подписанный его же рукою, свидетельствовал о том, что возмущение пройдёт даром и судейство легко обратит гнев маркиза в ничто, а заодно сделает его посмешищем среди всего города.

–Далее, – продолжал Юстиниан, ловко переворачивая страницы, – в пункте семь-точка-дробь один вы видите приписку о том, что заказчик, имеющий претензии к исполнителю, относящиеся к категории «б», то есть те, за которые исполнитель не может ручаться, обязан возместить моральный ущерб…

Маркиз С.

побелел от бессильной злости.

–Вы…– он сжал руки в кулаки, но не закончил фразы.

–На первый раз прощаем, – Юстиниан улыбнулся, – но сегодня у исполнителя много дел, поэтому, если вам нечего больше сказать, покиньте, пожалуйста, помещение. Здесь разрешено находиться только непосредственно служителям и их клиентам, плюс мне – представителю исполнителя и, при надобности, переводчику.