Витязь Витя

Он решил не бежать от этого чувства, наоборот, погрузился в него полностью, а телефон, так и лежавший среди вещей, выбросил в реку.

«Вот ведь в будущем потомки удивятся», — подумал он про себя.

Солнце близилось к зениту, когда его отвели к кузнецу. Тот долго осматривал щуплого витязя, кряхтел, хмурился, пока не нашел достаточно обрезков кожи и кольчуг, чтобы смастерить какой-никакой доспех.

— Не серчай, но ваши тут долго не задерживаются, — сказал он, передавая Вите обмундирование.

— Ничего страшного, на прошлой работе мне даже стул покупать пришлось.

Никто опять ничего не понял. Радимир взял отряд воинов, и вместе они уже по протоптанной тропинке отправились в сторону гор. Воевода обещал, что они доберутся засветло, но в змееву пещеру витязь отправится один.

— Как всегда, за весь отдел отдувается Витя, — заулыбался парень. Радимир лишь плечами пожал. Витязь решил сменить тему. — А чем у вас обычно люди занимаются, когда не надо змеев побеждать?

— Ну, кому чем положено. Служивые служат, остальные там… скот пасут, хлеб пекут, торгуют там…

А Витя слушал, и речь Радимира таяла в гулком шепоте леса, шелесте листьев и треске мелких веток под беличьими лапками.

Как будто самая прекрасная музыка лилась в истерзанные подкастами уши, и Виктор слушал, слушал. Иногда задавал вопросы про жизнь в их чудном княжестве, куда весной прилетали жар-птицы, а зиму приносила Матушка-метелица. И с каждым вопросом Радомир все больше проникался к этому странному витязю и его своеобразной храбрости. Даже змей молодца в общем-то не интересовал. Единственное, о чем витязь спросил, это умела ли тварь говорить.

Только Радомир дошел до самой интересной части истории о том, как муж сестриной подруги упырем сделался, они добрались до подножья Змеиных гор.

— Дальше ты один идешь, витязь, — с горечью в голосе сказал Радомир. — Тебе нужна самая обугленная пещера.

— Ну, это найти будет несложно, — повеселел молодец. — Рыбак рыбака, как говорится.

— Мы тебя тут ждать будем, — заверил его Радомир и махнул своим людям, чтобы ставили лагерь.

Витя кивнул и принялся кое-как забираться вверх по крутой горной тропе. Из-под ног сыпались камни и щебень, и про себя Витя радовался, что хоть карабкаться не надо. У него уже от прогулки по лесу начало темнеть в глазах и колоть в боку. В сапоги, которые, как оказалось, были женскими (других впору не было), как будто набились все камни мира. «Без ортопедических стелек будет тяжеловато», — думал Витя, но тут же одергивал себя.