Бабье царство. Книга 3. Экспедиция и наследие проклятой королевы

Зеркала ведь раньше делали так: в форму заливали расплавленное олово, потом лили стекло. Поскольку температура плавления диоксида кремния выше, чем у этого металла, он застывал первым. Далее олово сливали, а форму переворачивали, оставляя прозрачную стекляшку, которая по мере остывания выравнивалась на оловянной глади. Сверху этого заливали серебро, которому тоже нужно меньше жара, чем стеклу. Работа кропотливая, серебро дорого, да и нужные технологии для качественного зеркала были очень сложные на то время.

А ведь пользовались не каменным углём, а древесным.

И, да, вспомнил: оруженоску действительно звали Линдой. До сих пор не пойму, зачем Ребекка согласилась её взять.

— Бегу, бегу, Ваше Сиятельство!

Оруженоска вскочила и встала в пяти шагах перед Клэр, держа в руках зеркало.

Юная графиня сделала пол-оборота, поглядев на себя в профиль, а потом повернулась другим боком. Недовольно засопев, поправила кружевной ворот, свисавший поверх горже́та (стальной манишки, надеваемой поверх кольчуги или гамбезо́на для защиты шеи и ключиц от ударов сверху).

Белый ворот смотрелся не совсем уместно, но если здесь такая мода, то почему бы и нет?

Тем временем Клэр изогнула бровь и снова подняла пистолет, направив его на зеркало — в общем, типичный понтующийся подросток.

Но вот загвоздка, не только она готовилась к столице. Все солдатки, кроме часови́ц, бегали туда-сюда с тряпками в руках, а некоторые только в одних панталонах, заставив Андрюху нервно сглотнуть.

В лагере стоял шум и гам. Кто-то доставал длинными щипцами из костра угли и клал в чугунный утюг, кто-то шоркал в небольшом деревянном тазу накидку-сюрко́, добавив в воду мыла.

По лагерю с радостным лаем носился Малыш, таская большую палку. Он порой бросал её и с жалобным скулежом садился возле кашеварки, выпрашивая кость, а, зарыв угощение, снова принимался бегать по поляне с дубинкой.

Каторжанка теперь делила вахту с дезертиршами, и они посменно водили бычка по кличке Дизель по кругу, а тот приводил в действие электрогенератор.

За две недели все как-то привыкли к такому благу цивилизации, как лампочка Ильича, или, как они её теперь называли, лампа́ра да Или́ччи.

Отдельные женщины сидели с кругляшами полированного олова размером с блюдце, заменяющими им полноценные зеркала, и натирали лица белилами.

— Может, я торгашом заделаюсь, — пробурчал Андрей, — буду косметику сюда возить. Озолочусь.