Бабье царство. Книга 3. Экспедиция и наследие проклятой королевы

— А с чего ты про бордель заговорила? — прищурился я и перевёл взгляд с ухмыляющейся Урсулы на смущённую Катарину.

Но ответ последовал не от них, а со стороны Андрея.

— Так эти язвы подслушивать бросились, причём обе. Чуть по мне не потоптались. Ты только вышел, а они к стенке ломанулись и ушами прилипли, как присосками.

Лейтенант отодвинул балдахин и явил недовольную физиономию.

— Слышь, — добавил он по-русски, — проваливайте быстрее, я спать хочу!

— Да не торопи ты! Там ещё волшебница собирается, — огрызнулся я.

Порой казалось, мы уже поладили с лейтенантом, а порой охота было удавить его голыми руками.

Как только произнёс это, в дверь постучали. Урсула пожала плечами и открыла. На пороге стояла сладкая парочка: Лукреция и Марта. Лукреция была в платье цвета зелёнки и тёмном плаще, в широкополой шляпе, только не кожаной, как у мечницы, а тканевой, с дорогой отделкой и серебряной пряжкой на тулии, и с расшитым золотой нитью бархатным чехлом для волшебной книги в руках. Марта была одета попроще: платье коричневых оттенков, а на голове — простой белый чепец изо льна; в руках она держала большую плетёную корзину.

Быстро же они собрались!

Недолго думая, я вышел. Впятером миновали внутренний двор, не желая сталкиваться с убывающими восвояси ухажёрами юной графини. Как раз к парадному крыльцу подъезжала очередная процессия с обилием знамён, но скромной охраной и каретой, что говорило о бедности очередного одинокого дворянчика. Да и срезать путь через сад, как подсказало Катарине её звериное чутьё, было короче.

В саду я увидел множество детей, большинство которых было не старше десяти лет. Они ухаживали за пышными кустами, собирая урожай, убирая мусор и выполняя прочую работу. Растения походили на шиповник, но имели не только большой оранжевый плод, но и необычные цветы с мясистыми, как листья алоэ, лепестками.

Катарина на ходу нарвала этих лепестков, закинула их в рот, а заодно угостила и меня. Они оказались кисло-сладкими на вкус и очень сочными.

А после пояснений Лукреции понял, что розовое вино называется так не потому, что красное разбавляют белым, а из-за винной розы, из которой делается этот напиток. Думаю, винная роза вместе с сахарным луком произведут на Земле фурор. А что касается эксплуатации детского труда, то поставил в системе заметку обязательно разобраться и доложить: я прогрессор, и такая дичь не должна оставаться без внимания. Пусть аналитики поработают над этим вопросом.