На исходе последнего часа

— А, Федюня… Ты не помнишь, как этого вьетнамского шефа звать?

— Ван Дык, — сказал тот и явно хотел что-то добавить, но Гиббон продолжал:

— Вот-вот. Ты позвони ему, скажи, Гиббон видеть желает.

— Хорошо, Осип Петрович. Тут к вам какой-то штемп просится, говорит: по важному делу.

— У всех ко мне важные дела… Скажи, что занят я.

— Он просил вам конверт передать.

— Хм… Ну давай сюда.

Охранник передал ему обычный почтовый конверт без адреса и каких-либо надписей. Однако судя по всему, в нем содержалось что-то объемистое.

Гиббон покрутил конверт в руках, недоверчиво почесал в затылке и протянул его обратно.

— Ну-ка вскрой.

Охранник надорвал конверт сбоку и вынул оттуда пачку долларов.

— Ты гляди-ка, неужто Поляк мне собственноручно баксы присылает. Сколько там?

Охранник посмотрел на аккуратную банковскую упаковку:

— Пять тысяч.

— Щедро… — насмешливо присвистнул Гиббон. — А ну-ка давай сюда этого фраера. Больше там ничего нет?

Пошарив в конверте, охранник достал маленькую записку.

Развернув ее, Гиббон прочитал в ней одно-единственное крупно написанное слово — «ВЕРТОЛЕТ».

«Не понятно, — думал Гиббон, пока охранник ходил за таинственным посланцем. — Если Поляк, то за что?…»

Когда в гостиную снова вошли, Гиббон уже сидел в глубоком кожаном кресле перед низким столиком.

— Ну заходи, заходи. Гостем будешь, — сказал он, делая приглашающий жест рукой.

Незнакомец оказался вертлявым человечком небольшого роста, довольно бедно одетым. Гиббон сразу определил, что это тот самый вчерашний гость, о котором говорила Нюра.

«А пиджачишко-то у него инженерский, — заметил про себя Гиббон. — Это что-то на Поляка не похоже».

Незнакомец, однако, несмотря на свой затрапезный вид, держался очень уверенно. Развалился в кресле напротив хозяина дома и, положив ногу на ногу, с улыбкой произнес:

— Ну здравствуй, Гиббон.

Называть его по кличке могли лишь равные в воровской иерархии. Однако что-то подсказывало Гиббону, что гость имеет на это право.

— С чем пожаловал?

Вместо ответа незнакомец показал глазами на стоящего в дверях охранника:

— Отошли-ка своего молодца. Потолковать надо.

Гиббон сделал знак Федюне, и тот вышел. Проводив его долгим взглядом, гость наконец повернулся в Гиббону:

— Привет от общего знакомого.

«Это не от Поляка, — нервно передернулся старик. — Это совсем с другой стороны…»

— Что-то бедноват приветик, — Гиббон кивнул на валяющуюся на столе пачку денег.