Деревянная шпага

Мы с Моруа не были хорошими приятелями, но я несколько раз звал его на обед, когда он ходил с жалобным видом и просил занять пару монет под залог ботфорт. Это что-то вроде цеховой солидарности: я покормлю тебя сегодня, а ты покормишь меня завтра.

- Занятно, занятно… Как вы думаете, насколько велики шансы что-нибудь из него вытянуть?

- Не знаю, но кажется, что он не врёт, – я развёл руками. – Наёмникам редко рассказывают что-то сверх необходимого, – в этом месте я не удержался от колкости.

Анри хрустнул пальцами:

- Только скажите – и я лично вытяну из него всё, что он знает.

- Скорей, мы заставим его врать, – осторожно заметил я.

- То есть он нам больше не нужен? – от этих слов Соломона окна чуть не покрылись изморозью.

У меня захватило дух. Моруа, конечно, был не самым приятным человеком, и он взял заказ на убийство девушки, что в моей картине мира навсегда относило его к разряду опустившихся отбросов. К тому же он, хоть и не желая того, подставил меня, но также Моруа не был и отъявленным негодяем.

Возможно, дело было в моей склонности видеть в людях лишь хорошее, возможно, в том, что последние дни вокруг меня пролилось слишком много крови, но я опередил Соломона, уже открывшего рот для вынесения приговора:

- Погодите! У меня есть одна мысль.

Через пару минут мы вернулись к угрюмому Моруа.

- Вы вспомнили что-нибудь? – полюбопытствовал Соломон.

- Боюсь, что нет, – опустил взгляд толстяк. – Но мне кажется, что я что-то упустил, и если вы дадите мне побольше времени, то…

- В далёких краях есть поговорка: «Перед смертью не надышишься».

Моруа услышал слово «смерть» и побледнел.

- Что вы хотите этим сказать?..

Соломон улыбнулся:

- Ничего. Мы готовы отпустить вас. Разумеется, при условии, что если вы что-то вспомните или узнаете, то сразу же сообщите нам или господину Дюфону. Вы готовы дать честное слово?

Несчастный коротышка не поверил своим ушам и заговорил очень медленно и осторожно, будто ожидая, что мы вот-вот расхохочемся ему в лицо.

- Да, конечно. Даю честное слово, что расскажу вам всё, что узнаю.

- Анри, перережь ему… – мне показалось, что в этом месте Соломон намеренно сделал паузу, чтобы насладиться реакцией Моруа, – верёвки.

Наёмник выдыхал секунд пять, не меньше.

- Напугали вы меня, конечно… – он стёр пот со лба, как только его руки освободили.

- Анри, будь любезен, покажи, где у нас выход.

Бородач кивнул и увёл наёмника, положив ему на плечо свою гигантскую ладонь.