Мечты Кракена

Ещё двое держали в руках открытый миниатюрный сундук, больше похожий на большую шкатулку. Последний человек стоял позади них и целился в их ношу из ружья. «Они овладели сердцем капитана», – поняла Кали Мари. Пока разум ещё не осознал всей опасности, она воспринимала происходящее совершенно спокойно, с тем же успехом хищница могла отметить необычную перемену погоды – принято к сведению, не более. «Замри передо мной!» – приказ повторился вновь. С каких это пор Дейви Джонс использует такие высокопарные обороты в общении со своей командой? Это на него не похоже.

Для него «Подойди!» – верх витиеватости, если только он не язвит, изображая вежливость. Притом, Кали Мари подозревала, что он знает, как вести себя галантно – Калипсо клюнула явно не только на его грубое обаяние. Однако после разрыва с богиней соблюдать приличия стало незачем, да и не для кого. А ведь если его хорошенько почистить… впрочем, она увлеклась. Что-то происходит. Этот необычный приказ. Почему именно «замри»? Думать тяжело. Конечности не двигаются. Мысли ползут медленно…. тоже замирают, наверное. «Заряжай скорострельные!» – послышалось с палубы. Зачем им скорострельные? Они же на носу стоят, а враги по правому борту. Перед ними только я…. В меня стрелять? Как это глупо… Цепляясь за гаснущее сознание, она перевела взгляд на Дейви Джонса – тот стоял, дрожа от гнева, щупальца бороды бились в конвульсиях. Он бы задушил этого самодовольного выскочку рядом с ним, его бесила одна мысль об убийстве своего Кракена по прихоти какого-то человека, но жертвовать собой ради её спасения старый прохиндей не будет. Логично – без капитана нет корабля, а новое чудовище он себе найдёт. Дейви Джонс встретился с ней взглядом. Внезапно в уже онемевший мозг пробрался ещё один приказ: «Доберитесь до воды, леди». Всё заглушил и разорвал пушечный залп.

***

После долгих месяцев проливных дождей в тот день выдалось чудесное весеннее утро. Накануне к Бетани издалека приехала сестра, и всё семейство вместе с гостьей решили весело провести время на природе.

Фил достал из сарая небольшой круглый стол – за ним с комфортом могли устроиться только четверо, но дети вряд ли долго усидели бы на месте, особенно когда им в кои-то веки разрешили сколько угодно бегать без зонтов и дождевиков. «Будут меняться», – решил Фил. Сёстры и ребятня вынесли стулья.  Все деревья вокруг сверкали капельками росы, в воздухе витал аромат свежей травы и ещё мокрой от дождя земли. От утреннего бриза по коже бегали мурашки.