К тебе будут приставать!

– Принято, – выдохнул джинн и… протянул ведро с песком и рисунок, озаглавленный строгим названием «Схема строительства пирамиды». Усугублял всю композицию детский синенький совочек, воткнутый прямо в центр ведра. Кажется, именно такой девушка видела в одном из магазинов при отеле. – Побыстрее!

Посверлив взглядом Маду и удостоверившись, что он нервничает по-настоящему, Аленка взяла ведро и принялась изучать схему.

– Ты это серьезно?! – она возмущенно подняла взгляд на мужчину.

– Конечно, – кивнул тот.

– Но… Но это же инструкция по изготовлению куличиков!

– Ты же сама сказала, что не умеешь! – защищаясь от праведного возмущения, принялся оправдываться джинн.

– Это – умею! Но это же не пирамида! – злобно сопя ощерилась Алена.

– Быстрее!

Крик подстегнул почище кнута, так что девушка со всего маху насадила на камешек ведро, подняла и принялась охлопывать по бокам совочком, матерясь сквозь зубы как заправский грузчик. Ругань дивно сочеталась с речитативом, который принялся выводить Маду гортанным тоном, подстегивая ее и добавляя красок в эпитеты.

Совочек в последний раз коснулся песочной горки в виде четырехгранника, и джинн воткнул в вершину амулет. В этот же момент пол встал на дыбы, затряслись стены, и пропал свет, падающий на алтарь. Аленка завизжала и упала на пол, прикрывая голову руками и сжимаясь в комочек.

Когда грохот, звук падающих камней и свист прекратились, вжавшаяся в стену девушка пару минут посидела – чтобы убедиться, что светопреставление закончилось, и пошарила вокруг руками.

В воздухе висела песчаная пыль, от которой тут же засаднило горло, ладонями ощущались камешки разных размеров, так что ползти через них означало разодрать ноги в кровь.

– Маду, – хрипло позвала Аленка и тут же закашлялась. Несколько мучительных мгновений тишины заставили покрыться холодным потом, но вдруг послышалось какое-то шевеление и шелест осыпающихся камней. Только совершенно не страшный – сразу стало понятно, что кто-то откапывается из завала.

Девушка облегченно выдохнула и приготовилась ждать, хоть кромешная темнота и нервировала.

– Вот блин, рубашка порвалась!

Возглас оказался настолько неожиданным и настолько русским, что Алена не выдержала и расхохоталась во все горло. Правда тут же закашлялась, но смешинка никуда не исчезла.

– Ты жив?

– Что мне сделается, – отмахнулся мужчина. – Я же джинн. И ты в порядке – я чувствую.

Девушка облегченно выдохнула.