К тебе будут приставать!

Теперь уже совершенно ясно виднелась блестевшая сахарным песком в лунном свете дорожка, тянущаяся из дальнего, темного угла комнаты.

Шорох, скрип. Точно некто, неторопливо и не слишком уверенно, ступал по песку, сперва трогая его ногой, опасаясь оступиться или провалиться, и лишь потом делая шаг.

Алена сидела, не в силах ни двинуться, ни шевельнуться, лишь чувствовала, как с каждым новым шелестом, ее все больше начинает потряхивать от страха. До сего момента девушка посмеивалась над книжными фразочками вида «и ее горло перехватило от ужаса так, что она не смогла закричать», но не теперь, когда ее саму сковал призрачный ужас, не позволяющий двинуться.

Скрип. В лунном свете появилась изящная обнаженная ступня с пальцами, выкрашенными черной краской. Ничего страшного. Даже красиво. Если не считать, что обладательница ступни появилась из того самого угла, откуда вытек образовавший дорожку песок.

Скрип. Вслед за ножкой на свет вышла девушка. Наверное, девушка. Небольшого роста, коренастая, смуглая, полностью обнаженная, с гривой черных волос, заплетенных в косички.

Глаза подведены черной краской, как пальцы на руках. Как и зубы – ведь плотоядная улыбка, которой пришелица одарила Алену, открывала черный провал рта без единого белого отблеска. Или зубов не было вообще. Это Аленка понять не успела – девушка распялила рот в беззучном крике и с шипением кинулась на нее, выставив вперед скрюченные пальцы.

Единственное, что Алена смогла сделать – истерически завизжать, выставив перед собой медвежонка, нелепой, бессмысленной преградой перед нападавшей, и… проснуться.

С судорожно бьющимся сердцем, во влажной постели со сбитой простыней, вцепившись в плюшевого медвежонка.

«Сон, всего лишь сон… – девушка обессиленно уткнулась в подушку и тут же подхватилась: – А вдруг нет?!»

Рассветное солнце робко заглядывало в окно, разгоняя серую хмарь раннего, очень раннего утра, и казалось, ничего не изменилось со вчерашнего вечера, когда Аленка, добредя до комнаты и задвинув подальше столик, рухнула в постель.

Мантра «Все на месте, всего лишь сон» помогала мало, так что девушка так и осталась сидеть на кровати, поджав под себя ноги из проснувшегося детского страха, покачиваясь в такт внутреннему шепоту, пока окончательно не рассвело и не появились ранние жаворонки из обслуги отеля.

Только тогда она осмелилась слезть с кровати и аккуратно шагнуть в сторону ванной.