К тебе будут приставать!

Кашлянув и подняв подбородок, девушка ответила не менее прямым взглядом – мол, у нас тут туча и какая-то хуерга происходит, надо разобраться, а все остальное – потом! Однако медведя не убрала.

Пакостливая усмешка Маду вызывала розовые пятна на щеках, но решительности не убавила.

– Что за туча – не знаешь, что делать – не знаешь, – педантично перечислила Алена. – Что вообще знаешь?

– Ну… – протянул джинн, – я много чего знаю. Например…

– Об этой туче, девушке и странностях, – торопливо перебила Алена, уже испытавшая на себе не раз дар красноречия Маду, когда он часами мог болтать обо всем и одновременно ни о чем.

– Какой девушке? – заинтересовался мужчина и, перевернув стул спиной к собеседнице, оседлал его, приготовившись ожидать рассказ.

Аленка задумчиво почесала бровь, пытаясь припомнить происходившее во время ее позорной истерики. Вроде бы что-то кричала про сон и песок, но что именно – напрочь забыла. Вздохнув и постаравшись прогнать страх подальше, девушка принялась за рассказ.

Он оказался коротенький и в устном изложении совершенно нестрашный. Ну, проснулась, ну, песок, ну девушка какая-то с черными пальцам и ртом. Всем кошмары же снятся, да? Правда не после каждого кошмара начинает происходить нечто непонятное в реальности.

Несмотря на сухость и краткость рассказа, Алену, вновь пережившую ночной ужас, начало потряхивать, и теплые мужские ладони на плечах и объятия оказались как нельзя кстати. Уткнувшись в грудь Маду и тихонько всхлипывая, Аленка подумала, что все же хорошо, когда есть с кем разделить пережитое.

– Не хочу тебя пугать, – проникновенно начал джинн, мягко поглаживая хозяйку по спине, но не как испуганного ребенка, а как женщину, – но, возможно, тебя хотят съесть.

– То есть? – озадаченно подняла голову девушка, всматриваясь в высказавшего столь странную теорию. Отодвигаться не хотелось, так что пусть все рассказывает так.

– Ну… – замялся джинн, не зная, как сообщить новость и окончательно не напугать. – Кажется, ты выпустила душу из загробного мира, и теперь она должна тебя поглотить.

Ей нужно твое тело.

– Когда кажется, креститься надо, – хлюпнула носом Аленка.

– Зачем? – озадачился Маду. – Это такой ритуал?

– Наверное. Так у нас говорят после слова «кажется». Перекрестишься – отгонишь черта, из-за которого может блажится разное, и сразу поймешь – кажется или на самом деле есть, – Аленка хлюпнула носом еще раз и старательно высморкалась в протянутый носовой платок.