Воины Хаоса наводят порядок (книга I)

— Но ведь паства Бартоло боготворит и в обиду не даст. Ганс наверняка примет сторону Асперо. А ты будешь стоять и смотреть на резню?

— Ну а что ты предложишь? Наёмнички дело знают, мы с ними не справимся. Какие ещё варианты? Объяснить всем, что надо жить дружно? Прыгнуть в бездну с кручины? Я бы предпочёл просто не вмешиваться, — он шутливо метнул в друга камешек, но Изваров отмахнулся телекинезом. Лицо его дрогнуло.

— Для меня всегда был загадкой твой непостоянный характер, — сказал он.

Кэррот заливисто засмеялся, аж паломники оглянулись.

— Да какая там совесть? Скучно было. А тут Порсон подвернулся, только глянь на него! Воротилу из себя строит, хряк нерезаный. У них тут всё уныло, всё схвачено... Вот и расшевелил этот хендрский гадюшник.

— Понятно. Зато теперь не уныло, — с досадой вымолвил Констанс и отвернулся.

Местность переменилась. Глубокая долина, в которую они спускались, поросла жёлтым мхом и изогнутыми деревьями с узкой остроконечной листвой серебристого цвета. Кое-где на полянах виднелись причудливой формы столбы из глины и мелкого мусора — жилища общественных насекомых, коих жители Хендры звали панцирными клопами.

Турфан Корчев переживал и несколько раз порывался заговорить, но терялся и отворачивался. Потом всё же не выдержал:

— Вы хоть знаете, что з-затевается? Боговеры, н-наёмники, орки дикие.

— И каких ждать приказов, мой лейтенант? — едко выговорил Олясин. — Побежали вприпрыжку до города, Хенрику в ножки кланяться, чтобы командировочные выдал?

Корчев скорчился и прикрыл лицо толстыми пальцами. Ласилий Порсон у него за спиной тяжко вздохнул. Костик тронул плечо удручённого лейтенанта:

— Сапоги не жмут? Кормят сытно? Вот и не переживай, разберёмся на месте.

У него самого на душе скребли кошки. Лишь бы всё обошлось! Дальше топали молча, но на привале к ним подкатил Розес. Приметив настрой сержантов, он развеселился и стал всячески их подкалывать.

— Вы не трусьте, ярыги! Мы о вас позаботимся. Гарантирую: вдовы по вам плакать не будут... ведь какие там вдовы, я вообще не уверен, что вы женщин когда-либо трогали!

Кэррот хмыкнул. Ему самому уж не верилось.