Воины Хаоса наводят порядок (книга I)

— Говорят, сапоги с его склада уходили десятками, сами собой, едва не приплясывая, — посмеивался Кэррот из-под платка. — А тут он одну пару на себе еле тащит! Сразу видно — труженик тыла...

— Изучил отряд? — спросил Костик, разглядывая острые скалы над Вратами Оркании.

— Ну конечно! Пятнадцать наёмников, с капитаном считая. Двадцать один паломник. Два старших церковника. Семеро гномов. И нас четверо... Без одного полусотня.

— Толпа. Корчев слышал, они монастырь идут строить. Гномы, верно, по инженерному делу, вон у них инструменты с собой.

Наёмники охраняют, священники суть заказчики этого похода... но зачем нужны мы?

Кэррот одёрнул сползающую с плеча скатку.

— Очевидно, «мундирами светим», обеспечиваем законность. Одно дело, сброд всякий в пустоши прётся, другое — сброд в компании с местной милицией.

— Это всё меняет, — деланно согласился Изваров. — Устроил нам Хенрик изгнание! Нелегально, без инструкций... Ладно. Сам-то я рад из Хендры выбраться, в горах побывать, а ты? Дамы не будут скучать? Мне казалось, у тебя завязались некие отношения.

— Ну, ты знаешь, отношения как шнурки: то завяжутся, то развяжутся... Всё равно в каземате сидел. Да и любопытно, что дальше, за ущельем.

— Спуск в долину, отрезанную от моря хребтом. По карте...

— Что мне карта! Глазами увидеть хочу.

«Да, мне тоже интересно, что дальше, — подумал Костик. — Куда идти после службы?» Вслух ничего не сказал.

Отряд встал у входа в ущелье.

Солнце выглянуло из облаков, и горы отбросили резкую тень. По склонам сбегала река: когда стихли шаги, её вдруг стало слышно. За обочиной в сухой траве стрекотали кузнечики.

— Привал, — пояснил бледный, покрытый испариной Турфан Корчев.

Они ополоснулись холодной водой и наполнили фляги. Кёрт Олясин расселся на шершавом горбу нагретого солнцем валуна и надменно обозревал округу. Паломники, оживлённо переговариваясь, набирали воду в меха и баклашки. Простые люди в неброской одежде, с мешками и сумками; широкополые шляпы и тканые клобуки покрывали их головы.

Каждый носил на шее подвеску с религиозным символом: Костик опознал шестиугольник с круглой дыркой посередине. Надо позже спросить, что он означает.

В стороне от церковного люда на камнях кружком сели гномы. Кряжистые фигуры, грубые, будто вырубленные из гранита лица, длинные бороды — всё согласно традициям. Бородачи застыли в молчании, будто окаменели.