Тришестое. Василиса Царевна

– Ай-яй-яй! – покачал головой Кощей Бессмертный и наконец-то переступил порог темницы, а войдя, остановился у самых дверей – вдруг, да и ретироваться срочно придется, – кулак в костлявый бок упер, корону на лысине заломил и говорит: – Непочтительная ты дама, Василиска. Гордая слишком. Говорил тебе, выходи за меня.

– А чего я за тобой не видала, хорек ты плешивый? – зевнула Василиса. Надоело ей уже изо дня в день слушать одни и те же глупости, а тем паче, отвечать на них.

– Старость – не порок, а…

– Насмешка над природой, – закончила за Кощея Василиса.

– Кончай, Василиска! Слышишь? Кончай енто безобразие! – затряс пальцем Кощей.

– Ты поаккуратней-то пальцем тряси.

– А то что?

– Отвалится! – Василиса вновь отвернулась к окошку.

– По-человечески прошу: завязывай со своими шуточками!

– А ты никак человеком себя возомнил, разбойная твоя морда? Мумия ходячая! – Василиса показала Кощею язык.

– Какая еще мумия? Чего ты несешь?!

– Египетская! Вся в бинтах и в губной помаде-е…

– Да я… я тебя… я… – запыхтел Кощей, яростно сжимая кулаки и наливаясь краской, но вдруг остыл, сделал три глубоких вдоха-выдоха и пробормотал себе под нос.

– Раздвоение личности, что ль? – опять поддела Василиса.

– Спокойствие, только спокойствие, – выдохнул Кощей, скрежеща зубами. – Я вот зачем пришел.

– Про то ты уже спрашивал, – напомнила Василиса.

– Про что же?

– Да про женитьбу. Это я так, на всякий случай. У тебя ведь застарелый старческий маразм.

– Нет, почему?! – не на шутку разобиделся Кощей Бессмертный. – Я пока на память не жалуюсь!

– Ой ли?

– Ну, хватит, – устало произнес Кощей, отерев лицо сухонькой ладошкой. – Я об Иване твоем речь веду.

– Никак сюда идет? – наконец проявила интерес к происходящему Василиса.

– Идет, идет, – буркнул Кощей.

– Как зачем? А меня из плена гнусного вызволять.

– Ты, Василиска, кончай глупости-то молоть. Все по-честному: договор с тобой был?

– Ну, был, – вынуждена была признать Василиса.

– Нарушила?

– Ничего я не нарушала! Это жаба твоя бесчестная накрутила-навертела. Я остаток срока честно отработала.

– О том ведаю, – кивнул Кощей. – Но ты сама подписалась под тем договором. Так что за тобой еще денек оставался.