"Ключ от города"

К тому же, бургомистр решил, что сломанный фонтан – не самая большая проблема в его городе. И, как выяснилось, ошибся.

- Я непременно разберусь с этим, - твердо пообещал он странному собеседнику. – А пока – не могли бы вы.. э-э-э… немного поумерить свой пыл? Ну, посмотрите сами, пригород мается от жары, а центр Фэйриджа – погряз в лужах. Почему бы вам не полить окрестные сады и огороды, пока я разбираюсь с починкой этого водомета?

Юноша-Дождь отрицательно махнул головой. Его огромная шляпа качнулась, опрокинув под ноги бургомистру не меньше ведра воды.

- Я не брошу ее! Пока фонтан не будет починен, я останусь рядом с любимой. И окружу ее завесой моих капель, чтобы серая уличная пыль не посмела даже коснуться ее прекрасного чела.

- Боже, какой слог! Вот уж не думал, что стихийные духи – такие поэты, - пробормотал Саймон. – Однако, какая преданность! Выходит, что люди врут, когда говорят про кого-то: «переменчивый, словно летний дождь». Впрочем, мне от такого постоянства - одни заботы.

Он попытался выйти из образовавшейся во время разговора большой лужи и тут же наступил в новую.

Глубоко вздохнул и решительно сказал:

- Как хотите, господин Дождь. Оставайтесь здесь, а я немедленно поспешу в кузницу. Обещаю, что вскоре фонтан заработает, и ваша избранница будет счастлива.

Саймон покосился на бронзовую красавицу, и ему показалось, будто нимфа чуть улыбнулась и кокетливо изогнула стан. Дождь сбросил человеческий облик и вновь прильнул к ней всеми своими потоками.

- Ну, очень вольная трактовка мифа о Пигмалионе и Галатее, - заключил бургомистр.

И пошлепал по мокрой улице прямиком в квартал ремесленников.

Казалось бы – чего проще! Найди кузнеца и сурово поинтересуйся – почему это заказанный вентиль до сих пор не изготовлен?Но Саймона терзали очень нехорошие предчувствия. И для них имелось вполне веское основание.

Глава 1.Не так живем… Совсем не так живем…

Единственный кузнец в Фэйридже был личностью неординарной. Молодой, неглупый, отлично владеющий своим ремеслом, он, тем не менее, ощущал себя глубоко несчастным.

Почему, спросите вы? Очень просто. В глубине души Падди О'Брайан считал себя не кузнецом, а … писателем. Правда, юноша никак не мог определиться: прозаик он или все же поэт? Поэтому пробовал свои силы и в том, и в этом. Нет-нет, мастер клещей и кувалды вовсе не был графоманом! Наоборот – он крайне критично относился к своим опусам. Хотя некоторые из них даже были напечатаны в городской газете. Беда заключалась в другом.