Ты попала, Жюли!

- Теневой Сенешаль, не так ли? – голосом злой-презлой старой карги осведомилась я. – Чего нужно?

- Ненавижжжу, когда мои планы рушшшат, - прошипел Теневой Сенешаль. – Отдайте вашшши душшши!

- А ты попробуй, отбери! – сорвалось у меня с языка. Зачем, ну зачем мне понадобилось раззадоривать Сенешаля?! Арчи предупреждал, что он способен на многое.

В общем, пока Теневой Сенешаль прикидывал, имеют ли право его жертвы столь нахально себя вести, мы с Ранэлем благополучно проползли под тучей… и внезапно провалились в какую-то яму.

- Эй, ты мне ногу отдавил! – надтреснуто крикнула я в отозвавшуюся эхом пустоту. – Слезь, кому говорю!

Агент Катастроф послушно слез и заморгал от яркого света. Мы находились в огромном зале с множеством горящих факелов. Они дымили под потолком, и весь зал выглядел так, словно скоро здесь соберется какое-нибудь тайное общество. И уж если это тайное общество существовало, оно наверняка занималось тем, что сеяло по миру зло.

- Ну ты и уродина! – вывел меня из размышлений голос Агента Катастроф.

- На себя посмотри, увалень надутый! – нагрубила я. А что такого? Из красавчика с обложки он превратился в увесистого толстяка. Я же, как он и сказал, стала настоящей уродиной. Чтобы в этом убедиться, следовало лишь разок взглянуть на себя в карманное зеркальце. Нос крючком, зубы торчком, на голове проплешина. Я чувствовала, как по жилам течет смешанная с яростью кровь, а мои органы уж наверняка на девяносто процентов состояли из ненависти. Нас обоих определенно заколдовали, и не кто-то там, а Теневой Сенешаль.

- Что делать будем? – беспомощно спросил Агент Катастроф, осмотрев свое непомерное пузо.

- Что, что! – огрызнулась я. – Надо выбираться отсюда.

В зале было четыре двери – по одной на каждую сторону света. Восточная оказалась заперта, за северной явно кого-то замуровали, потому что там обнаружилась стена из красного кирпича и из стены торчали ошметки тряпья. Западная дверь напрочь отказалась поддаваться. А стоило открыть южную дверь, как оттуда, из бесконечной тьмы, послышалось нарастающее рычание, от которого по спине побежали мурашки.

- Пссст! – вдруг позвал кто-то.

Агент Катастроф стал нервно озираться. Никак не мог понять, откуда идет звук. И вот опять: «Пссст! Жюли!»

Я заглянула под широкий стол посередине зала. Там шевелилась огромная собачья миска, и мне даже показалось, что из-под миски на секунду вылезла чья-то лохматая голова.

- Это я, Макинтош! – сказала голова, появившись снова.