Быть с русалкой

Он прислушивался к разговорам странной парочки, и эти обрывистые фразы проясняли картинку. По крайней мере, ту ее часть, которая вызывала недоумение. Про гендерный перевес: почему все сирены на острове были женщинами, а всё остальное пришлое население - мужчинами? И судя по жалобам сирены, они вынуждены выходить на поверхность, перевоплощаясь в девиц, чтобы... продолжить свой род. Парней-сирен не существовало, как вид. Странный, конечно, факт, но в природе и не такие конфузы происходили. А чего кровь сосали? Ну, так, а кто по доброй воле залюбит страшную самку, которая домогается? Это была необходимость, чтобы нейтрализовать жертву.

К тому же, кровь это жизнь. А жизнь это магия. Заполучив толику крови, сирены могли придать себе любой (вернее, самый сексапильный) облик, и проблема с «контактом» отпадала сама собой. - Толику? - вскричал ЗигЗаг, который до сих пор чувствовал себя высушенной мумией, у которой отняли всю «радость жизни». Сирена скромно потупилась... и зарыдала. Пьер покачал головой. Как он и ожидал, она со всхлипами и раскаяниями поведала ужасную историю. Такое варварство было чуждо их природе. Они светлые существа, для них противоестественно убивать. Но пришли чужаки и взяли в плен их Королеву. И чтобы выжить, они подчинялись. Забирали столько «магии» у несчастных, сколько могли. И становились... еще уродливее. Потому что это противоестественно для светлых! Шансы на то, чтобы продолжать свой род становились все меньше и меньше, но у них не было выбора. Пьер припомнил, как бандиты прикалывались по поводу того, чтобы держать свой агрегат в штанишках. Как бы им не было «голодно» на острове в плане девчат, и как бы игривы и ласковы не были сирены - нельзя было с ними спать! Это было табу! Так как после этого на острове появлялась еще одна ужасная тварь, которую все сложнее и сложнее было подчинить. Парадокс, но у сирен рождались только сирены. Даже изголодавшиеся по девицам мужики понимали: податься похоти - это плодить себе врагов. Селя ви! Пьер выдохнул с облегчением. Рад был, что хотя бы сексуальному насилию не подвергались пленницы... но сирена именно на это и жаловалась. Ее природа требовала продолжения. - Амиго, друг! - крикнул Пьер, привлекая внимание ЗигЗага. - Никто не заставляет тебя жениться! Но... Рональдино Укротитель драконов, ты имеешь все шансы заиметь дочурку, которую никогда не увидишь. Подумай, эй! ЗигЗага проняла речь португальца, высказанная в стиле его собственных мыслей, но... Но.