Хроники Даргица и Дарлы. Том 1-й

В него вплетаются ноты экзотического, слегка приторного аромата, похожего на жасмин, имбирный и самый летучий – ваниль.

-Крем для упругости кожи, - снисходит до пояснений Даргиц, заметив, что я вдыхаю глубже и длиннее. – На натуральных маслах и всё такое. А где твои боевые сикаражки?

-Зима же на дворе, спят, - чуть лишь сбитая с толку сменой темы, отвечаю я и кивком головы указываю вверх, где под потолком причудливой тучей висят несколько паутинных коконов.

-Ну, с вашими-то зимами, дрыхнуть им придётся долго, - усмехается Даргиц, вертя головой по сторонам и замечая кое-что поинтереснее паучьих колыбелек.

– Та-ак, а это что за инсталляция?

Пожимаю плечами и всё так же почти безучастно наблюдаю, как даймон с ворчанием ходит среди зловещих чёрных камней и обломков стел и колонн, снизу доверху испещрённых омерзительными символами Г'харна и иных позабытых языков Потусторонья.

-Для полноты композиции не хватает только алтарика имени самого Г.Ф.Л[2]! – с ехидцей замечает Даргиц, обходя по кругу очередной менгир.

-Не настолько меня ещё занесло в приступах меланхолии, - отзываюсь я и начинаю улыбаться, заметив, что по следам даймона, повторяя его маршрут, прямо на полу начинают разгораться загадочные сиггилы и рунескрипты.

Даргиц так же замечает эту иллюминацию, фыркает, чтобы миг спустя, с прытью шального котёнка, начать носиться по Чертогам по совершенно сумасшедшим траекториям. Его стараниями пол вскорости покрывается хитросплетениями светящихся линий: то ли зентаглы, то ли наложившиеся друг на друга мандалы.

В точках пересечений свечение тянется вверх язычками призрачного пламени, что приводит даймона в ещё больший восторг. Он уже прыгает по стенам и явно попытается пробежаться и по потолку.

Улыбаюсь: всё в порядке, Даргиц, наконец-то, вернулся!

--------------------------

[1] Я не стану упоминать здесь предшествующие этому события, как и само место работы

[2] Говард Филипп Лавкрафт

Глава 012. Об алфавитах и планах Господних

7.

12.2019

-…Неисповедимы пути Господни – но планчик у Него, надо отдать должное, забористый!

Я с изумлением воззрилась на Даргица, собственно, и изрекшего эту затейливую мудрость. Сегодня адский котик предстал о трёх головах, шея каждой обмотана невыносимо длинным и выдриглазно полосатым шарфом. Складывалось впечатление, что на создание этого вязанного кошмара (а не Даргица, разумеется) пошли самые ядовито-окрашенные, а потому забракованные мотки пряжи.