Великий Разлом

В таком случае у гномов было два пути: терпеть холод, закутываясь во множество одежд, или же топить дома печи углем, а после дышать городским смогом. Города, где топились углем, в народе называли «городами черных кашлюнов».

- Хала, ты надолго к нам?- негромко спросила Энна.

- Не знаю,- она вдруг погрустнела.- Я оставила свою заставу. Мне нужно вернуться как можно скорее. Надеюсь, Совет Обороны скоро примет меня, и я смогу поехать назад.

- А домой не заглянешь?

Хала вздохнула.

- Меня там не ждут.

Воспоминания о доме внезапно отрезвили.

Хала села и почесала встрепанные черные волосы. Они, как и у большинства женщин гномов, были толстые и жесткие. Было не принято стричься, а потому, чтобы они не мешали на службе, Хала собирала их в несколько кос, которые затем заплетала в одну большую косу, и прятала под одежду.

- Я, наверно, сейчас приведу себя в порядок и пойду. Вдруг Совет Обороны все же заработал.

- Трудяяга,- Энна толкнула ее локтем и захихикала.

Хала встала, помогла подруге лечь на кровать, и стала переплетать волосы.

Энна заснула быстро, и уже не слышала, как она ушла.

Когда Хала вышла на улицу, город уже окончательно проснулся. Слышались призывы зайти в ту или иную лавку, ругань между не поделившими что-то ремесленниками, пьяное бормотание возле закрывающихся трактиров.

Хала знала город, как свои пять пальцев, и могла бы найти дорогу до Совета Обороны даже с закрытыми глазами. Дорогой она держалась безлюдных мест – не хотелось, чтобы какой-нибудь старый знакомый задержал ее по пути пустым разговором.

Совет Обороны укрылся на городской окраине, в тени одной из пещерных стен. Это было здание из трех идеальных цилиндров – одного побольше и двух поменьше,- стоявших вплотную друг к другу. Освещалось оно множеством газовых фонарей, свешивавшихся с крыши. К входной двери вел коридор из высоких факелов.

В глубине души Хала всегда боялась этого места. Потому что здесь всегда очень тихо. А в Подземелье принято считать, что если вокруг тебя тишина, то хищник уже подкрадывается к тебе.

Как и говорил хозяин «Горшка серебра» стены Совета Обороны буквально подпирали стражники. На них было полное обмундирование, включая даже прочные стальные шлемы с опущенными забралами. Пики их копий и клинки мечей смотрели прямо на Халу.

Она подняла руки вверх, показывая, что не желает зла.

- Я командир Ордской заставы!- прокричала она.- Хала… дочь Хейна.

Стражники заметно заколебались.