Великий Разлом

- И какое же у вас решение? Собрать отряд особо мужественных гномов с густыми бородами и квадратными челюстями и отправить их прямиком в Далагу, разбираться с тем, что происходит, прямо на месте?

- А у тебя есть другие предложения, Хала, дочь Хейна?- он пренебрежительно вскинул брови.

- Они даже не успеют увидеть Великий Разлом прежде, чем будут убиты нечистью!

- Хорошо, что тогда предлагаешь ты?

Хала немного смешалась.

- В первую очередь нужно понять, угрожает ли это нашим поселениям. В первую очередь - простые гномы, а потом уже все остальное.

Далее, я бы…

Договорить ей не дали. Кто-то настойчиво забарабанил в дверь, требуя открыть.

- Снова Энна кому-то что-то не так сказала,- Хала закатила глаза и отправилась открывать.

- Годы идут, а мы все не меняемся,- пробормотал Янир, который уже успел приговорить половину бутылки странной крепкой наливки.

За дверью стоял представительного вида гном с хорошо причесанной бородой. На нем красовалась форма стражника из королевского дворца.

У основания лестницы стояло еще двое таких же.

- Ваше Высочество Хала,- стоило только услышать это обращение, как неимоверно заболела голова,- ваш отец ожидает вас во дворце. Следуйте за нами.

Она криво улыбнулась и поклонилась, как полагается в данном случае.

- Как Его Величество пожелает.

Глава вторая. Отец

Глава вторая

Отец

В гномьем обществе царит патриархат. Он сложился еще с древних времен, когда гномы жили в пещерах. Тогда мужчины сторожили жилища и ходили в туннели на охоту, а женщины прятались внутри, растили детей и готовили пищу.

Много времени прошло с тех пор, гномы стали развитой расой, начали строить большие и безопасные города, однако приверженность старым традициям так и осталась. Жесткая кастовая система и неотступный патриархат до сих пор считаются одной из главных проблем гномьего общества.

Хала - единственная дочь действующего гномьего короля. За ее рождением стоит мутная история. Говорят, что ее мать умерла в родах, однако в детстве Хала не раз слышала от нянек о том, что мать кормила ее своим молоком, она даже помнила как та качала ее на руках, с трудом стоя на ногах у своей кровати.

Воспоминания о матери у Халы оборвались примерно в то же время, когда она стала достаточно большой для того, чтобы носиться по дворцу, раздражая тем самым всех нянек и сиделок. Отец же всегда изображал убитого горем мужа и после никогда не женился.