Сибирский спрут

 — Давайте скорее, холодно.

Мужчина не вышел из тени, но обернулся и посмотрел в ее сторону:

— Евгения Павловна?

— Да.

Внезапное предчувствие заставило ее спуститься со ступенек и подойти поближе. Тапочки проваливались в рыхлый снег, но Евгения забыла обо всем на свете.

— Я Евгения Павловна, — тише повторила она, рассматривая незнакомца.

Молодой человек старательно скрывал свое лицо. Черная спортивная шапочка была надвинута на брови, нос и подбородок он прятал в высоко поднятом воротнике куртки.

— Я не мог с вами иначе связаться, ваш телефон прослушивается, — пробормотал молодой человек, протягивая Евгении молоток.

Незнакомец быстрым шагом пошел прочь и скрылся за дверью третьего подъезда.

Дрожа не от холода, а от волнения, Евгения вернулась в квартиру. Опустив жалюзи на кухонном окне, она села за стол, положила на стол молоток и попыталась разобраться, что к чему. Молоток, который передал ей незнакомый доброжелатель, казался самым обычным хозяйственным инструментом.

Повертев инструмент в руках, Трегубова не нашла никакой зацепки. Понятно, что это не просто молоток, что должно быть какое-то сообщение… Или знак. Только где? Почему молоток? Трудно подыскать что-либо более неподходящее для передачи…

Она думала и автоматически ковыряла ногтем верхний слой изоленты. Вот отлепился край. Евгения потянула за него и стала разматывать ленту метр за метром… Под последним слоем она заметила крошечную бумажную трубочку.

Записка!

Трясущимися от страха и волнения руками она разглаживала и разглаживала бумажку. Слезы застилали глаза. Долго она не могла разобрать, что там написано. На клочке бумаги размером с почтовую марку микроскопическими буковками было написано:

«Женя! Спрячь Лешку и дуй в Москву. Вытаскивай меня! Игорь».

Почерк мужа… Его бы Женя узнала из миллиона других. Это был крик о помощи.

Евгения не знала, сколько времени просидела она неподвижно, прижав ладони ко рту и уставившись на записку полными слез глазами.

Ее муж был сильным, очень сильным человеком, порой даже жестким. Меньше всего он когда-либо нуждался в ее помощи. Наоборот, Женя всегда пользовалась его опекой и поддержкой. Она привыкла чувствовать себя за плечами мужа, как за каменной стеной.

И если Игорь просит вытащить его, значит, все очень плохо. Гораздо хуже, чем ей казалось.