Сибирский спрут

Референт губернатора — смачная двадцатисемилетняя блондинка с розовыми накладными ногтями, получившая свою должность за безупречное знание немецкого языка и умение красиво, покачивая бедрами, ходить на высоких каблуках, — стояла возле длинного стола и со скучающим видом рассматривала картину, висящую на стене за спинкой губернаторского кресла.

В соответствии с лучшими традициями соцреализма на картине был изображен хозяин кабинета — Анатолий Францевич Шварц — плечом к плечу с президентом России. Оба они — губернатор и президент — стояли на высоком берегу реки и любовались Сибирской ГЭС и косым журавлиным клином, пересекающим небо в том направлении, куда указывала губернаторская длань.

Тот факт, что в действительности президент государства никогда не бывал в Сибирской губернии и тем более не любовался на пару с губернатором мощными турбинами гидроэлектростанции, ничуть не смущал ни автора живописного полотна, ни хозяина кабинета.

Смущало другое — изображение Президента России морально устарело, и на холст само собой просилось новое, молодое лицо.

— Может, все-таки лучше новую нарисовать? — размышлял вслух Анатолий Францевич, также устремив взор на шедевр местного придворного живописца.

Секретарша всем своим видом выражала полную готовность поддержать любую точку зрения, которую одобрит шеф. Живописец скромно держался в стороне. От его сапог на паркете растеклась грязная лужа. Художник мял в руках лохматый татарский малахай и всей душой надеялся на новый заказ.

— Пожалуй, лучше новую, — рассуждал Шварц.

 — Хотя… если только лицо перерисовать и фигуру немножко подправить, то и эта сойдет.

— Немножко не получится, — вставил художник, — телосложение отличается сильно.

— Да? — Наклонив голову, Шварц изучал картину. — Что ж, тогда, пожалуй, новую…

— Лучше подождите, — советовала секретарша. — А то мало ли? Сами знаете, где живем. В такой стране все может произойти.

— Да-да, это точно, это точно, — задумчиво подтвердил губернатор. — Любая неожиданность, любое западло… Напишем, деньги потратим, а потом раз, и опять что-то случится… Так портретов не напасешься.

Может, получится? Если только одно лицо изменить? Нет, не получится, теперешний ниже ростом и морда у него узкая. Если тонко так подмалевать, с этой стороны убрать, березки подрисовать, облаком закрыть. Васькин, ты как считаешь? Можно только одну фигуру перерисовать, а все остальное оставить как есть?

— Можно все испортить, — обиженно гудел художник, — реализм пропадет.