Голубиная книга (часть 2 "Царица лукоморская"

Дяденька, пустите воды напиться, а то так жрать хочется, что мы и переночевать у вас согласные, особливо, ежели одежонкой ещё поделитесь!

– Да что ж это делается! – вскипел Сварог, заворачиваясь огненным вихрем. – Вход воспрещён! Особенно погорельцам!

Через миг он был возле жены, на кухне.

– Вот ты мне прекращай, прекращай, говорю, без моего ведома всякую гадость во сне рассматривать! – Закричал он, потрясая кулаками. – Вот у других жёны как жёны, чего доброго во сне смотрят и богачество мужьям предсказывают, а ты? Ты?! Ты что удумала, ты по свету меня пустить хочешь? Побираться?!

– Вот у других мужья как мужья: за ними как за каменной стеной – только хорошие сны снятся, а с тобой одна напасть краше другой! – Парировала Лада.

– Да пошли тебя по миру побираться и не научи – шиш, а не кусочки! Можешь сейчас уже начинать у своих скифских родственников брать уроки попрошайничества. Это ж они там лаз под ворота Ирия роют, или я ошибаюсь? – Ухмыльнулась Лада – и дальше себе спокойно кашеварит.

Плюнул в сердцах Сварог, назад, на ветвь дуба солнечного выбежал. Посмотрел вверх – а над ним облако родительское зависло, хмурыми медежами подёрнутое, предгрозовое.

– Вот ведь накаркал себе на голову, – вздохнул Сварог. – Пронесёт или шарахнет?

Вот так всегда, чего боишься, в то и влетаешь, причём без промедления и на большой скорости. Но пока зова громогласного не было, и Сварог решил в гости к отцу не напрашиваться, на неприятности самостоятельно не нарываться, а ежели они случатся, и Роду донесёт кто из добра желающих о беспорядках, то усиленно от обвинений отбрехиваться.

– Надо ж, а день–то уж к вечеру клонится. Проваландался с роднёй постылой, и не заметил, как время пролетело, – вздохнув, райский управитель заглянул в родовое дупло – жены дома не было. Подумав: «Оно и к лучшему», – завалился спать.

Привычка рано вставать у Сварога с детства образовалась. Сколько себя помнил, вставал ранёхонько, лицо споласкивал и бежал на первый солнечный луч глядеть, красотой небесной любоваться.

И до старости обычаю не изменял: отдохнув за ночь, выспавшись, как следует, встречал восход солнца ясного, и каждый день для райского управителя начинался празднично!

Следующее утро не стало исключением, так же рано встал хозяин Ирия. Разве что выспаться не получилось, а вместо отдыха всю ночь вскакивал, да с кровати падал.