Генри Смит и королева

Эх, стал быя королем России,показал бы им кузькинумать!

Сын Футина иМедхедева проорал:

- Суп пустой! Жратване вкусная! Ворыв законе.

- А ведь верноговорит парень.

- Замолчи! - Произнес тип втатуировках. - Хочешьперо получить за наездна братву.

- Не посмеете, яскажу папе.

Старшийсанитар, небольшого ростатип, кивнул:

- Сына Футина вкарцер, сульфу вчетыре точки, пускайотдохнет.

Наварский заметил:

- Медхедев это верхлицемерия, на словах задемократию, а на делеотменил передачу кбарьеру.

Пабло Пикассо добавил:

- Политик хуже водки:стоит дороже, аголова начинает трещатьсразу!

Генри Смит согласился:

- Легче слепитьснеговика в аду,чем найти честногополитика.

Наварский ответил:

- Вообще то, я диссидент,в милиции мнеподбросили дозу героинаи, чтобы избежатьтюрьмы я тутоколачиваюсь.

- Да ну, невыдумывай. – Сказал ПаблоПикассо.

- Верь мне, как президенту!

- Проще на днеморя найти сухойкамень, чем президента,выполняющего предвыборные обещания! – Заметил Генри.

Пабло Пикассо согласился:

- И это верно!Вообще, во всем,что ни касается твоейличности, ты вполнеблагоразумный парень, каквпрочем и большинствочокнутых. Поэтому, дамтебе совет. Когдабудут раздавать лекарства,спрячь под язык,а потом выплюньв унитаз. Ато по- настоящемусвихнешься. Большая частьпрепаратов на то и рассчитано, чтобы отключитьмозги.

- И на сердце,почки, печень оченьдурно влияют! -Добавил Генрих Наварский. – Как пелВысоцкий, а медикаментовгруды, мы вунитаз, кто не дурак.

- Будут в головеБермуды, и асфальтомбьем в пятак!- Переврал Пабло Пикассо.

Послышалосьдвижение, в отделениевошел батюшка. Онбыл очень толстый,с длиной бородойи в черной рясе. На грудион нес большойсеребряный крест.

Сумасшедший, возомнивший себяИисусом Христом, закричал:

-Смотрите, меня несут.

Священник рявкнул:

- Уберите чокнутого.

Санитарыподхватила сумасшедшего, огрелидубинкой. Поп благословилих:

- Да помилует Господьего грешную душу.Вообще, это форменноехулиганство. Батюшка подошел ксумасшедшим.

- Вы хоть бы построились,возлюбленные чада. УвидавГенри Смита, спросил:

- А ты, дитятко,кто?

Пабло Пикассо ответил за него:

- Это Генри Смит.