Няня для дракошек, или Приключения в 3/9 царстве

— Рассказывай давай, — потребовала я, понимая, что окружающие меня люди, вернее, нелюди, знают о моих родных гораздо больше меня самой.

— Чего тебе рассказывать? — непонимающе захлопал глазами оборотень, да только актёр из него был никудышный.

— Кто мои родители на самом деле? — зашипела я, разозлившись не на шутку, и, будто вторя моему настроению, вдали раскатисто прогремел гром.

Парень оскалил мигом отросшие клыки и утробно заворчал, напомнив мне, с кем имею дело. Но не испугал: уж если он при первой встрече, будучи в облике зверя, меня не тронул, то сейчас и подавно бояться нечего.

— Я должна знать, — прошептала дрогнувшим голосом, старательно выдавливая слезу, поняв, что силой в этой ситуации вряд ли чего-то добьюсь, а вот хитростью и женскими штучками... — поделись со мной, пожалуйста.

Коснувшись крепкого мужского плеча, я заглянула в карие глаза, затрепетав ресницами так, что, будь немного полегче, взлетела бы, точно горлица, — и кадык Михея дрогнул, выдавая смятение. Оставалось только дожать.

Так, в глазах слёзок прибавить, в голосе побольше печали… Только бы не переиграть… Но не тут-то было!

— Чего к парню пристала? Видишь, не может он об этом говорить, — одной фразой разрушил мои планы дед Ратибор, выглянувший из избушки.

— Только говорить? — зацепилась я за слово. — Написать может?

— Вот же настырная какая! — покачал головой хозяин. — Ей про Фому, а она про Ерёму!

— Да про какого Фому, про какого Ерёму?! — не выдержала я и повысила голос.

Гром загремел ещё ближе, заставив старика нахмурить брови и иначе взглянуть на меня, более настороженно, что ли. — Я прошу о такой малости, а вы мне зубы заговариваете.

— Ты, это, успокоилась бы немного, деточка, — проследив взглядом за молнией, разорвавшей небеса неподалёку от избушки, проворчал старик, — а то, не ровен час, спалишь мне всё здесь к Кузькиной матери.

— Увы, ничем не могу помочь, — вздохнула я, удивившись тому, что изменение погоды записали на мой счёт, но вида не подала, планомерно двигаясь к намеченной цели, — если ко мне всей душой, то и я так же, а если ко мне поворачиваются…

— Ладно-ладно, понял я! — усмехнулся дед Ратибор, узнав собственные слова, произнесённые не так давно.

— Так и быть, я расскажу, но иносказательно, поскольку во всех девяти царствах об этом говорить запрещено, особенно тем, кого это не касается лично. Так что на парня не серчай, он и правда не может ничего сказать, иначе его постигнет кара.