Серая Дружина-1: Сердце Крона

Под это решение можно было подвести множество красивых и народных устойчивых выражений: «Сделал дело – гуляй смело», «Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня», и наконец – любимое, всеобщее «Уходя – гасите всех!»

Именно это рати Атеи и решили осуществить. И чуть не сделали: когда вначале испустили боевые кличи (мы чудом не оглохли), а потом рванулись на нас с утроенной скоростью, согласно еще одному известному постулату: «Я мстю, и мстя моя страшна!».

Вариантов не было. Мы и в тот-то раз отмахались только благодаря помощи Тано и смерти Атеи, а наш друг, бог смерти, теперь при исполнении, и вряд ли он опустится до того, чтобы убивать смертных.

Эти веселенькие мысли пронеслись в голове сумасшедшим роем, но битва не успела завязаться во второй раз. Между нами и противниками, едва не задев Йехара, вдруг ударила молния.

Потом вторая и третья. В одно и то же место.

При чистом, разумеется, небе.

− Ой, − панически зашептала Бо, прячась за Тано. – Ой, заберите меня куда-нибудь… если это Нефос…

Бог смерти посмотрел на нее с недоумением.

Ему, бедолаге, невдомек было, что Бо не понимает, куда он может ее забрать…

К тому же это был не Нефос. Хотя тот, чьей рукой были брошены молнии, имел к черному пегасу самое непосредственное отношение.

Они просто появились, один за другим, Повелители, ослепительные в своем величии, чудовищные в своей власти. В своем ли истинном обличии, в каком являлись на Олиме? Как видно, потому что их человеческие оболочки мы видели, и разница была разительна.

Зевей стоял впереди, он превосходил ростом Йехара, а красотой – Бо (ладно, сравнение неудачное, но как тут скажешь просто – «прекрасен»? Это было выше просто прекрасного). Мы узнали Громовержца только по манере держать себя хозяином и по тяжелому колчану за плечами. Справа от него стояла Афейна, со спокойной мудростью на красивом лице, в шлеме и при копье, в точности как изображали ее в легендах и на росписях.

Чуть подальше − остальные, и, когда глаза привыкли к сиянию, я смогла отличить Афродизу и Апейлона, Геферна и Ауреса… Вот Гээру, кстати, увидела только мельком: та все время скрывалась за плечами остальных. Знала, видно, что, как только муженек придет в себя после преображения, последует крутая разборка на предмет всех испытаний, которые постигли его бороду и лысину за последние четыре года.

− Остановите битву, − звучно проговорил Громовержец.