Серая Дружина-1: Сердце Крона

Просто запомни… запомни… нет, не минуту эту запомни, запомни, что я спирит, наконец!!

Из кустов раздалось повторное шебуршанье, и перед нами предстал криво ухмыляющийся алхимик.

– Ты чудо! – тут же заявил ему спирит. – Немногие встречают такие малые деяния такими злорадными ухмылками.

Веслав хмыкнул, прищурился на клинок в ножнах Йехара и с явной тревогой покосился на жуткую обувь на плече шута.

– Заплатил? – осведомились в один голос мы с Виолой.

– Так тут за такое еще и платят? – поразился Эдмус.

Алхимик пригладил один из карманов на левом рукаве и наконец заговорил:

– Ну, знаете, я к дурости привык, а с вами еще больше, наверное, привыкну – но эта обставила всех блондинок ваших Отделов!

Я украдкой потрогала свои светло-русые волосы и решила, что это не про меня. По сравнению с Бо я еще вполне…

– Так ты там был еще и не один?! – продолжил удивляться Эдмус. Веслав нервно дернулся, но с тона не сбился:

– Ну, ладно, понимаю, потребовать у меня приворотное. Но пытаться меня приворожить моим же эликсиром!

И Веслав издал мерзкое «хе-хе», показывая, что месть его была ужасна.

Я пробормотала, что не хочу даже знать, что он сделал с этой кенраврессой.

– И я не хочу, − согласился спирит. – А что ты с ней сделал?  И вообще, вас на полчаса нельзя одних оставить: обязательно кто-нибудь зашьется в кусты… с кентаврессой. 

– Ты ее убил? – вскрикнул Йехар, оборачиваясь.

– Да еще и с такими намерениями, – закончил Эдмус, подумав.

Ответ алхимика был начисто лишен проблесков благородства:

– Как, интересно, я ее убью, забыли, о чем ваш друг в черном говорил? Очухается через час… потом будет годика два чувствовать отвращение ко всем лицам мужского пола, включая хомячков, рыбок и комариков. А вообще, валить надо из селения этого. Никто не знает, в каком направлении?

Эдмус торжествующе потряс тапками и заявил, что они знают. Алхимик отрезал, что эта обувь может знать только как выглядели динозавры на заре времен, и он туда категорически не полезет.

Дружина после этого дружно обрадовалась, что Бо с нами нет, и, кривясь от отвращения, все же полезла в тапки (места в них чуть хватало на всех, но попробуй сунь пять ног в одну обувь, хоть и большую!). Первым, разумеется, был Йехар, счастливый после воссоединения с клинком, а потому ужасные сандалии воспринявший философски. За ним последовала Виола, умудряясь по пути читать лекцию о предметах-телепортах.