Прокурор по вызову

Все силы на девочек. Насчет Интернета мысль была хорошая, можно продолжить: наверняка есть сайты этих эскортных агентств с каталогами. И не только эскортных.

– А может, спровоцируем их? – предложил Ильин.

– Как?

– Ну там же, в Интернете, есть конференция брачных объявлений с фотографиями. Дадим фотку одной, напишем чего-нибудь. Не она, так кто-то из ее знакомых нарвется. Кроме электронного адреса можно дать телефон. Вдруг она захочет поскандалить, тут мы ее и вычислим.

– Вперед! – позволил Турецкий. – Только на звонки женихов будешь отвечать сам.

Дальше раздать снимки по отделениям нужно. Кроме того, возможно, девицы вообще не местные. Мы ведь не знаем, где снимали. А вдруг это было в том же «Архангельском» или вообще в Сочи? Тут нужно подумать, а пока давайте проверим столицу. И, пожалуй, придется объявить их в розыск, хотя и не хотелось.

– За что? – спросил Позняк.

– И почему не хотелось? – добавил Ильин.

– «За что», так вопрос не стоит – зачем? Чтобы найти. А найти мы их должны как можно скорее! – Турецкий встал из-за стола, Ильин с Позняком поднялись следом.

 – Кино про похожего человека посмотрите без меня, появятся соображения – докладывайте.

На встречу Турецкий все-таки опоздал, Лидочка заметно нервничала.

– Выяснили, кто они?

– Пойдем пройдемся, – предложил Турецкий.

Они добрели до ближайшей скамейки, но садиться не стали.

– Твои «темные личности» – подручные депутата Ильичева, знаешь такого?

Лидочка кивнула:

– Коммунист. Кажется лидер какой-то фракции.

– А на фирме у вас он никогда не появлялся?

– Нет. Я, во всяком случае, не знаю. Но с Фурмановым он знаком. На приеме – был какой-то театральный юбилей – я видела, как они мило беседовали. Хотя, конечно, на таких банкетах все друг друга знают.

– Что они сегодня от тебя хотели?

– Просили составить реестр договоров за последние полгода, всех, до каких смогу добраться, а они потом скажут, какие именно их интересуют. Снова говорили о деньгах, о том, что мне придется их вернуть, если сотрудничества у нас не получится, причем и свою часть, и часть Шестова, короче – всего шестьдесят тысяч.

Может, осмысленно пойти к Фурманову и рассказать ему все? Пусть сам разбирается с Ильичевым.

– Может быть, но только после того, как мы разберемся с пожаром и пропажей документов.

Хмуренко. 7 апреля. 10.00

Он давил на всю железку и все равно опаздывал.

Хмуренко обещал Ладе Рябец привезти деньги за пленку еще час назад.