Квантовый Маг

Элиос вскинул бровь и ответил:

— То есть вы утверждаете, что не только мы существуем на бесчисленном ночном небе, но и другие похожие миры? И как вообще возможно отсутствие магии, она же является неотъемлемой частью жизни живого существа?

— Не совсем; на ночном небе, могут быть миры, в которых так же как и в этом есть жизнь и магия, но за пределами этого ночного неба могут находиться такие же небеса, в которых уже, может и не быть магии как таковой. — рассуждал я с загоревшимися глазами, ведь этот сценарий престал передо мной в ином свете, получив чуть ли не прямое доказательство реальности перемещения между мирами с отличными законами физики.

Опосля моих слов Элиос буквально завис в пространстве рассуждая над информацией вывалившейся на него, впрочем, этим он не сильно отличался от меня, получившего вполне конкретное объяснение, хоть и не совсем логичное, объяснение моего бытия в этом мире; но так как Сукояме нужно было встрять в разговор, он сказал:

«прошу прощения, конечно, но при конструировании моего реинкорнатора, я не учитывал возможный вариант с экпиротическим сценарием вселенной.

Я про него даже не слышал до этого момента».

«Не слышал? Видимо у вас на востоке таким идиотизмом, как придумывание вариаций бытия, не занимаются» — контратаковал я.

Внезапно послышался голос Элиоса наконец пришедшего в себя:

— Это нечто плана инитрума³?

— Плана инитрума? — я уже был наслышан об этой идее с занятий теологии, впервые изложенной, очевидно, человеком в не самом здравом уме.

— Нет, план инитрум это нечто невероятно бессмысленное, как и непрактичное. Я говорю о пространстве в котором полностью отсутствует что-либо, кроме летающих сгустков миров, таких как наш. — Естественно, что многие высказывания я пытался упрощать и подавать в более простом виде, ведь услышав терминологию теории струн (которую Сукояма, все же использовал для построения своей машины), скорее всего он бы просто впал в кому».

Впрочем, дальше уже разговор пошёл по принципу «вопрос-ответ», но по выражению лица и тону Элиоса было очевидно, что вопросы он задавал чисто из какого-то своего принципа, а сам уже был полностью захвачен иным для этого мира сценарием образования вселенной.