Тень Сохатого

Чувство пространства возвращалось к нему медленно. Лишь через минуту он понял, что стена – это вовсе не стена, а потолок. А сам он не стоит и не сидит, а лежит на мягкой, пружинистой кровати. И еще он понял, что горячий, сухой обруч, больно стягивающий ему голову, это всего-навсего медицинский бинт.

– Ну что, очнулся? – услышал он у себя над ухом знакомый голос.

Алик слегка повернул голову, и его тут же замутило. Алик опустил веки. Даже двигать глазами было больно и противно. Едва справившись с тошнотой, Алик снова открыл глаза и посмотрел на человека, который с ним говорил.

Это был Геня Боровский. Все его лицо было в синяках и кровоподтеках. К щеке был приклеен багровый и грязный пластырь.

– Что?.. – прошелестел Алик, разлепив опухшие губы. – Что произошло?

– Мы с тобой в лазарете, старик, – спокойно и весело ответил Геня. – Драку помнишь?

– Помню.

– Ну вот. Нас с тобой слегка помяли, поэтому мы здесь.

Риневич сглотнул слюну и сказал дрогнувшим от неприятного и пугающего предчувствия голосом:

– У меня что… череп сломан?

Геня усмехнулся:

– Ага, щас.

Разбежался. Все в порядке с твоим черепом. А вот мозги тебе слегка встряхнули – это да. Сотрясение у тебя, старик. Простое сотрясение.

Алик с облегчением ощутил, как с его души свалился камень. Он вновь почувствовал себя живым. Пульсирующая боль в голове сразу же стала вполне терпимой, и даже тошнота стала не такой явной и навязчивой.

– Значит, сотрясение, – проговорил Алик. Посмотрел на покалеченное лицо друга и спросил: – А ты? Что с тобой?

Геня махнул рукой:

– Да ничего страшного.

Пара ушибов, да вот гематома на щеке. Врач сказал, что до свадьбы заживет.

– Понятно, – вновь прошелестел Алик.

Морщась от боли и тошноты, он привстал на кровати и оглядел палату.

– Жить можно, – сказал ему Геня.

– Да… – отозвался Алик. – Можно…

Лицо Гени вдруг стало озабоченным.

– Со здоровьем у нас больших проблем нет, – сказал он. – Но у нас есть другие проблемы. Офицеры в связи с дракой подняли большую бузу.

Допрашивают всех поодиночке. Так что, если тебя будут спрашивать, не говори им про драку. Скажи – упал, и все. Понял?

– Угу. А как эти… деды?

Геня усмехнулся:

– Хорошо мы их помяли. Рябого в райцентр увезли. Говорят, у него сломаны челюсть и нос. Ну и еще что-то там, я уже не помню. Вальку сломали палец. Нечем теперь будет в носу ковырять. А так – синяки и ушибы. Ничего, в общем, страшного. – Геня улыбнулся и, прикрыв глаза, слегка покачал головой.