Дары Крови

— Что, мужики, небось уже предвкушаете, как будете травить байки про то, как спасли принцессу, своими, вот этими окровавленными в крови врагов, руками вырвали её из лап предателей?

На лицах солдат промелькнули разные чувства, но по большей части предвкушение, кто-то даже гыкнул:

— Гы-гы-гы.

Креод тоже расплылся в улыбке:

— Гляжу, моя наука быстро забывается, а новичкам в нашем отряде так и вообще неизвестна, — в мгновение превратив улыбку в оскал, Креод прошипел. — Башкой своей тупой думайте хоть немного.

Есть дела нас, простых людей, а есть дела идаров. Не лезьте в них. Тут бывает, в Малом доме за длинный язык можно башки лишиться, а вы собираетесь травить байки о королевском Доме.

Какой-то смельчак из новеньких возмутился:

— Да чего сразу байки? Сущую правду расскажем же!

— Кому нужна твоя правда, воин? — уставился на него Креод. — Кому? Тебе славы хочется? А мне хочется, чтобы тебя не вздёрнули уже завтра утром. Господа сами между собой разберутся, что случилось и кого наказать, а кого наградить.

За нашим господином Лиалом дело не станет, за этот бой он наградит вас щедро. Вы же держите язык за зубами, чтобы его не лишиться вместе с головой. Да, дрались, да, парни погибли, нет, ничего особого, разве что в этот раз задница была глубже, чем обычно.

Замолчав, Креод оглядел солдат, качнул головой:

— Не убедил, да? Тогда скажу так — к тому, кто откроет свой рот, я приду лично и вырву не болтливый язык, а сердце, — заметив, как побледнели выжившие из его старого отряда, Креод кивнул.

— Вижу, меня поняли. Кто понял, поделитесь с новичками, вы ведь все теперь в одной лодке, до тех самых пор, пока Хранители Реола не падут.

Креод развернул грауха, двинулся в начало скудной колонны в две телеги, но всё равно продолжал слышать шепотки за спиной:

— Это он о чём?

— Ты тупой? О том, что если ты нарушишь его приказ, то он вырвет тебе сердце.

Вобьёт руку в грудь, а затем выдерет его, раздавит его перед твоим лицом в кашу, пока ты ещё жив.

— Че-е-его?

— Чего, чего... Того! Ты глухой? Он уже троих так на наших глазах прикончил.

— Разве это возможно?

— Я, по-твоему, брешу? Мы его промеж себя называем кровавым гаэкуджей.

— Да ты гонишь! Что у Кровавых жнецов, что у Кровавых воинов глаза алым полыхают, потому они без своих плащей чарованных не ходят.