Вкус денег

– Доложить о посторонних и посетителях? – не дожидаясь вопроса и, очевидно, принимая Дениса за следователя, затараторил портье срывающимся голосом. – Точно помню, их было только трое. Я всех постояльцев знаю в лицо. Нет, не подумайте, я не бахвалюсь. Я могу не помнить, в каком номере кто остановился, хотя и это я тоже помню, но наш идет человек или не наш, это я сразу могу сказать, только гляну. Понимаете, это как кондуктор в автобусе, у него, понимаете, тысяча человек за день едет, а он каждого помнит, которому билет…

– Для начала изложите все, что вам известно об исчезновении Дмитрия Ненашева, разговаривал ли убитый Лесников с кем-нибудь на эту тему, например, с вами?

– К сожалению, про Ненашева ничего сообщить не могу, кроме того, что у него офис на шестом этаже, а с Лесниковым я двумя-тремя словами перебросился, когда он ключ от номера брал, и все.

– Хорошо, с которого часа вы дежурили?

– Да-да, конечно. – Портье вдруг обиделся и сразу перестал дрожать.

Зато начал потеть. – У вас свои методы, я знаю. Ложкин меня зовут, Михаил, дежурил я с восьми утра. Скажите, а моему начальству обязательно знать, кого вы тут… – он заискивающе посмотрел на Дениса, – задержали… и вообще? Оно, начальство, сейчас в отъезде, только, может, я вам все про этих посторонних расскажу? Понимаете, двое не наших они как бы… ну нормальные, а третий…

– Ненормальный?

– Нет, ну не в смысле псих. Он представитель, понимаете?

– Представитель чего?! – переспросил Денис официально-ледяным тоном, хотя прекрасно понял, о ком идет речь.

Но с подобными типами иначе нельзя: нужно держать дистанцию и заставлять их договаривать любую гнусность до конца, иначе не заметишь, как из собеседника превратишься в соучастника.

– Известной канадской фирмы, – выдохнул портье. – Суперуниверсальные валики для чистки одежды и мини-пылесосы. Только если босс узнает, что я ему позволил на этажи подняться, мне тут не работать, войдите в мое положение.

Пожалуйста… Я же их обычно поганой метлой, или еще до меня швейцар. А тут, ну пожалел человека, ему ведь тоже зарабатывать надо. Один раз, понимаете?

«Мамочки родные, сестреночки, брат дорогой, извините, что мы к вам обращаемся, мы сами не местные, мама наша отмерла, папа лежит в аварии…» Очень похоже, хотя не нарушения же трудовой дисциплины, в самом деле, мне здесь надлежит расследовать, подумал Денис. Ну, впустил и впустил.