Взлетная полоса

Перед переговорами с серьезным клиентом или, наоборот, перед офисной вечеринкой… – Леонид говорил все медленнее, пока не сник окончательно. Кажется, до него дошло, насколько неуместны предположительно исходящие от мертвого шутки, которые любил живой.

– Да. Прикол странный… – подтвердил Плетнев. – Если будет еще что-то подобное – сообщите. И сотрудникам своим скажите, хорошо?

Леня потерянно кивнул. Насадил на нос очки, поправил галстук. Встал. Антон потряс руку исполнительного директора своей рукой – правой.

… – Ну как сыщик, Тань? – без особых чувств спросил креативщик, которого в агентстве «Гаррисон Райт» часто называли просто креативщиком, без имени. В стиле: «А куда это наш креативщик подевался?» Называли еще Смертью – за его вечные черные рубашки с черными приколами. А вообще-то у креативщика было имя. Его звали Илья Сенцов.

Чаще всего креативщика звала по имени креативный директор.

– Не знаю, не знаю, Илюша, – ответила Таня. – Ничем себя особенно не проявил. Пытался в рекламной работе разобраться, о нашей профессиональной фене спрашивал…

– Угу, я так и думал.

– В целом, по-моему, для частного детектива он туповат.

– Угу, значит, я угадал. – И, утратив к этой теме интерес, креативщик переключился на более насущные вопросы: – Слушай, Тань, а этих, с пивом Ракова, мы долго еще сатисфакать будем? Он вроде нам покедова не заплатил.

– На днях под гарантийное письмо заплатит, – уверила Таня. – Никуда не денется, у него ничего не утоптано.

– Угу. Значит, душим его дальше?

– Душим, душим. Очень уж душный голубь-стервятник попался…

В переводе с эзотерически-рекламного на общечеловеческий это звучало бы примерно так:

– Долго ли еще мы будем предоставлять бесплатно полный спектр услуг фирме, выпускающей пиво «Ракофф», в надежде на заключение с ней выгодного контракта?

– Не волнуйся, фирма нам заплатит, поскольку ее продукция пока полностью лишена рекламы.

– Значит, с этим рекламодателем стоит поторговаться?

– Непременно стоит, несмотря на то что клиент попался несговорчивый.

Русские классики, услышав этот диалог, попадали бы в разные стороны, точно сбитые кегли. А может, наоборот, восхитились бы новыми, неведомыми им средствами выражения мыслей и чувств.