Я – убийца

— Может быть, вам удобнее за столом? — не очень охотно приподнялся старичок. — Вы же будете записывать.

— Если позволите, я включу диктофон? — Гордеев удобно расположился по эту сторону стола.

— Да хоть радиостанцию, — старичок нетерпеливо потер руки и потянулся к выставленному диктофону. — Разрешите произнести краткое вступительное слово? От имени трудового коллектива нашей кинофабрики.

— Человек же по делу пришел, — попыталась его урезонить румяная девушка.

— А я именно по делу и хочу выступить. У нас свобода слова еще не запрещена? — изобразив страшный испуг, прошептал старичок и оглянулся.

 — А то знаете, как бывает? Ляпнешь чего не надо, а ночью… Когда никто не ожидает… Я вам потом как-нибудь расскажу. Чистая правда!

— Я адвокат, — представился Юрий, — Гордеев. Мне необходимо разобраться в ситуации с договорами. И я нуждаюсь в вашей помощи.

— А мы в вашей, — уверила его румяная девушка.

— Значит, так, — старичок подвинул к себе диктофон. — Наш директор киногруппы, или, как сейчас говорят, продюсер, Татьяна Федоровна Гризун допустила некоторую халатность на работе.

Проще говоря, она побоялась нестабильности всяких там курсов. Поэтому платила не по ведомости, а…

— Наликом, — сказал бородатый мужчина в коричневом свитере и скрестил руки на груди. — И теперь поди докажи, что ты получил вдвое меньше, чем обещали. Я же мог на другой картине работать! А меня… Кинули. Как лоха.

— Ты бы и этого нигде не заработал! — замахал на него руками старичок. — Тебе по цеху зарплату платят.

А вы еще хотите сверх ставки! Даже если бы тебе платили еще вдвое меньше, то и это лишнее. А Татьяна и так выкручивалась, как могла. Деньги спонсоры вовремя не дают. Банки деньги крутят — задерживают. Налоги государству и проценты — бешеные. Тем не менее! Она же платила? Как-то выкручивалась. А знаете ли вы, во сколько обходится сейчас аренда павильона? А съемочная аппаратура? Прокат одного костюма… И все в долларах! Вы же в долларах получали? Хотя это тоже нарушение финансовой дисциплины.

— Я не прокурор, — заметил Гордеев. — И не следователь.

— Это еще впереди, — уверил его бородач.

А моторный старичок, не слушая их, продолжал свою патетическую речь:

— Доллары тоже надо купить. Опять же — потери при обмене.

— Вас пригласил трудовой коллектив? — спросил Гордеева недовольный бородач.

— Нет. Руководство картины.

— Значит, так, — бородач поднялся с дивана. — Если вы адвокат Татьяны, то мы пошли. Нам здесь не заплатят.