Граф Суворов, том 7

Очевидно, что моя просьба не вызвала у Екатерины большого восторга, так что вскоре я услышал в эфире приказ императрицы задержать наше судно, не вступая в бой. Но удержать легкий и мобильный шлюп, петляющий по городу чуть ниже уровня крыш, да еще, и не стреляя по нему из артиллерии, оказалось выше сил местной жандармерии и военных, так что мы выиграли достаточно времени, пока императрица наконец не отправилась в порт.

— Надеюсь все готовы. — глубоко вздохнув сказал я. — Идем на снижение, будем на месте в течении двух минут.

Разрушенное здание порта представляло из себя ужасающее зрелище. От крыши почти ничего не осталось, она провалилась внутрь, вместе с удерживающими ее колоннами. Покореженные стены зияли пробоинами от снарядов и конструктов. Но больше всего впечатляли трехметровые ледяные сосульки, пробившие пласты земли.

Как я и ожидал, вокруг порта собралось довольно большое количество войск. Прямо над ним висел один из крейсеров старой постройки. Его время уже прошло, но двухсотмиллиметровые орудия были не тем, что можно игнорировать.

Особенно когда они направлены на одиноко стоящую в центре развалин фигуру.

Не знаю, пытались ли сторонники Уральской республики нападать на императора, когда его битва завершилась, но проплешину в руинах, метров пятидесяти, он однозначно сделал сам. Лед уже подтаял, и теперь лужи блестели на солнце.

— Идет. — сказал я, увидев другую одинокую фигуру, плавно шагающую по руинам. Перепутать Екатерину с кем-то еще было практически невозможно, так что я решительно направил шлюп вниз.

Нам тут же попробовали преградить дорогу, но я лишь оттолкнул мешающее судно прессом и спикировал на самый край площадки.

— Ну, надеюсь все готовы? — проговорил я, отстегивая ремни безопасности.

— Ничего страшного не случиться. — пожала плечами Мария. — В крайнем случае тебя посадят на несколько месяцев в тюрьму, меня выпорют и запрут под домашним арестом, а ее расстреляют. Но может это даже к лучшему. Конкуренток меньше.

— Леди, будьте вежливей. И вообще, у нас хоть временный, но союз.

— вмешался я, когда Инга, поперхнувшись, отступила на шаг.

— Если все пройдет хорошо, я рассчитываю, что союз станет постоянным. — нисколько не стесняясь заметила Мальвина. И мне ничего не оставалось, кроме как забравшись в доспехи первым выпрыгнуть из шлюпа.

Пятью минутами ранее. Разрушенный порт Екатеринограда.

Ледяная ярость, не то чувство, которое жаждешь испытать при пробуждении. Но сейчас Екатерина шла с готовностью убивать.