Граф Суворов, том 14

— Как только начнется массовая добыча ресурсов с территории княжества, цены на редкие ресурсы из России упадут. Пройдет совсем немного времени и остальные страны почувствуют давление на рынке. — заметил Багратион-младший. — А значит станут совать нам палки в колеса, интриговать… возможно даже пойдут на открытый конфликт. И вряд ли мы выдержим против нескольких великих держав разом.

— Нам хватит и Англии с штатами. — ответил Мирослав. — Большая часть нашего флота сосредоточена у Рубежа.

В Сибири и на дальнем востоке лишь дежурные части да патрули из крохотных флотилий. И даже если мы начнем строительство нового флота немедленно — готов он будет только через пять лет.

— Столько времени нам не дадут. — покачал головой Петр. — Воспользуются недовольством среди лишившихся дворянства, объединят оппозицию, а затем начнут атаки на караваны и торговые пути. Если не поможет — объявят открытую войну.

— Сейчас наш флот обладает паритетом с объединенным флотом Германии и Англии, но он привязан к Рубежу.

— согласился с ним Суворов. — Если против нас выступят ещё и штаты, мы просто не сможем сражаться на три фронта одновременно удерживая Рубеж. Это будет катастрофа.

— Значит нужно придумать как этого избежать. — проговорил я, откинувшись на спинку стула. — Как в целом международная обстановка. Мне всё время было не до того, так что я даже не интересовался, как дела обстоят за океаном.

— Что именно вас интересует, ваше высочество? — спросил Багратион-старший.

— Событий слишком много, чтобы описывать их все иначе как общими словами.

— Что может нашим противникам помешать напасть на нас? Можем ли мы купить себе право на спокойное существование или переключить их внимание на более близкие цели? — подумав спросил я.

— Хмм, если ставить вопрос так… Германия, Австрия и Румыния нам сейчас не враги, у них хватает проблем с Польской зоной. — начал перечислять Леонид.

— Франция и Англия, несмотря на общую заинтересованность в наших ресурсах, вовлечены в конфликт на территории Африки, начавшийся после смерти императора Эфиопии.

— Адмирала черного пиратского флота? — уточнил я.

— Именно так, ваше высочество. — кивнул Багратион-старший. — У него остался больной несовершеннолетний сын, которого держали при английском дворе, под предлогом лечения. Так что формально именно он первый претендент на престол.