Наследие Древнего

Сперва я вдоволь напился, потом перекусил — самую малость, ведь это тело, судя по всему, давным-давно не ело нормально. Немного подождал. Мясо и овощи словно провалились в чёрную дыру, голод усилился раз в десять. Первую тарелку я всё ещё пытался осторожничать, но вскоре сорвался и набросился на еду, как дикий зверь.

Ох, вот бы чашечку кофе… А лучше — две. Но приходится обходиться тем, что имеем. Запив всё вином, я поднялся из-за стола и, пошатываясь, поплёлся искать спальню. Она нашлась за первой же дверью. Казарма на пятнадцать кроватей.

Искупавшись, я завалился спать. Проснулся далеко за полдень — ну, если здешнее солнце двигается по такой же орбите, как наше.

Первым делом я нашёл крепкие ремни, чтобы привязать цепи у локтей. Подыскал подходящий наряд — рубаху и штаны из плотного прочного материала, а сверху накинул лёгкий длинный плащ из кожи. Сапоги по колено — и образ охотника на вампиров готов.

До вечера я исследовал крепость. Отыскал продуктовые запасы — кофе, чёрт возьми, не было! — оружейный склад, полигон для тренировок. Это, конечно, прекрасно, но мне бы хоть какие-нибудь документы… Мои надежды оправдались: рыцари вели некое подобие архива.

К сожалению, официальные бумаги были из разряда: “Послал Лудо на большую землю за табаком”, но здесь лежало и кое-что другое: коллекция игральных карт с голыми девушками, и письма от родственников, и даже личные дневники.

Последними я заинтересовался. Но сколько мне пришлось прочитать, прежде чем я нашёл хоть что-то полезное! Любовные похождения, интриги при королевском дворце, подробное описание болезней, в том числе диареи, и личные склоки — каждый писал о насущном, но ни слова не упоминал об узнике, которого охранял.

Лишь в самом старом и потрёпанном дневнике я нашёл своё новое имя. Жёлтые страницы были настолько хрупкими, что, казалось, вот-вот рассыпятся между пальцев.

3 день Листопада.

Я, Артериус Третий, сын мясника и доярки, заявляю — ни к чему хорошему это не приведёт. К моей великой печали, я могу заявить это только своему дневнику. Сыну мясника и доярки не пристало учить своих военных командиров…

…только Леонид Спаситель осмеливается приближаться к клетке Древнего. Он запрещает ходить вместе с ним, беседует с этой тварью один на один. После его визитов Древний бьётся о стены и бросается на прутья, его вой разносится на всю тюрьму.