Наследие Древнего

Та зарычала, но грозный рык перешёл в скулёж и химера исчезла. Однако напоследок она оторвала и проглотила правый ус. Асел потерял сознание, из его рта текла кровь.

Дворец Эсмонда продолжал обстреливать сороконожку, но прицел у него явно был сбит — ни один лучей не попал во второй ус. Очень скоро дворец истончился и полностью растаял в воздухе. Эсмонд виновато посмотрел на меня.

— Я очень быстро израсходовал энергию. Не рассчитал силы.

Тем временем всё ещё светящаяся многоножка крутанула башкой и учуяла меня — я стоял ближе всех.

Десяток острейших лап ударили, целясь мне в голову. В последнюю секунду я вспомнил о цепях и скрестил руки над макушкой. Шальная лапа случайно разрубила рукоять косы у самого полотна. Косовище и лезвие отлетели в расщелину.

КЛАЦ!

С оглушающим звоном лапы монстра врезались в цепи, обрубив ремни, которые их держали. Цепи выскользнули из-под рукавов и с бряцанием упали на камни. Двенн не торопился бросаться мне на помощь, пялился выжидательно и начал действовать, только когда я заорал:

— Мы сейчас все сдохнем!

Полупрозрачный конь Двенна пронзительно заржал, и его грива невероятно удлинилась, оплетая многоножку, как паутина.

Очень скоро она начала таять, но мне хватило пары секунд, которые она выиграла.

Я взмахнул руками и ударил цепями по лапам многоножки, которые до сих пор мельтешили перед моим лицом. С мерзким хрустом они обломились, словно попали под тяжеленный пресс, и я, поднырнув под обгоревшую пасть, с силой оттолкнулся от земли. Подпрыгнул, крутанулся и вцепился в левый ус.

Цепи грохнули по хитиновому панцирю, пробивая в нём дыры. Жёлтое свечение слегка погасло. Многоножка встала на дыбы, и я, с диким рёвом оторвав второй ус, отскочил на безопасное расстояние.

Больше тварь не могла нас почуять, поэтому беспорядочно билась о стены пещеры. Сверху посыпались мелкие камушки — ещё немного, и грянет обвал! Охотнички забились в дальний угол и дрожали от страха, помощи от них ждать не приходилось. Ну что же… Время изобретать новую боевую технику! Как насчёт Ветряной Мельницы?

Я бешено закрутил руками: правая рука идёт вперёд, а левая — назад, и наоборот.

ВШУХ!

Цепи со свистом разрезали воздух, превратившись в два размытых круга. Они вошли в хитиновый панцирь, как нож в масло, и располовинили многоножку. Я побежал вперёд — от башки монстра до его хвоста, распиливая его на множество частей. Лапки и куски хитина разлетались в разные стороны. Очень скоро тварь сдохла, а всех вокруг забрызгало вонючей слизью.