Петр Романов. Veni, vidi, vici

Даже если мой кинжал не погасил часть заклинания и нас сразу унесло прямиком в ад, то Агушину все рано стало бы не до празднования своей победы. Наставники ведь не знают, что мы живы, а почему-то мне кажется, что просто так парень не отделается. Тут помимо имперского гнева присоединится недовольство целых двух кланов. А если бы он случайно его активировал в присутствии Назаровой? Что-то мне подсказывало, что в этом случае клана Агушиных больше бы не существовало, если Годунов не такая безвольная тряпка, которой он мне показался в самом начале.

Додумать я не успел, потому что ход внезапно закончился.

— Что там, тупик что ли? — Щедров выглянул из-за меня, я же в это время внимательно осматривал стену передо мной.

— Похоже, — я скривился. Неужели мы столько времени потеряли зря? — Хотя, ну-ка, подержи факел, — я сунул ему наш единственный источник света, и провел кинжалом по насторожившему меня участку. Зрение меня не подвело на этот раз, сейчас я видел совершенно отчетливо, что здесь идет ровная щель, из которой, как мне показалось, тянет долгожданный ветерок.

Убрав кинжал в ножны, я навалился на стену. Она чуть дрогнула, и тогда я повернулся к напряженно смотрящему на меня Щедрову.

— На стене должно быть металлическое кольцо для факела. Сунь его туда и помоги мне, — он кивнул, и вскоре мы уже вдвоем навалились на стену. Было узко и никаких маневров мы делать не могли, просто тупо давить всей массой, ощущая, что с каждой секундой стена поддается все лучше и лучше.

Факел мигнул, тоже верно, не может же он гореть вечно, вот только, если у нас ничего не выйдет, то придется блуждать практически в темноте, потому что магические огоньки не давали такого яркого света, а делать их более яркими я пока не умел. Но моим не слишком обнадеживающим прогнозам не суждено было сбыться, потому что, как только факел мигнул в последний раз и погас, мы вместе с Щедровым почувствовали, что камень пошел вперед, и мы, не успев сориентироваться, рухнули за ним в образовавшуюся нишу.

Ниша была неглубокой, точнее, это была не ниша даже, а очередной проход. В нем было еще темнее, нежели до этого, но, скорее всего, это все мои обострившиеся чувства сыграли со мной злую шутку. Он был очень узкий и не высокий, поэтому по нему нужно было ползти друг за другом, но это было наименьшее из зол.