Башня Творца

– И это список ваших сообщников?

Он позволил своему глазу лениво пробежаться по именам. Горстка младших торгашей, три капитана кораблей, офицер городской стражи, пара мелких таможенных чиновников. Действительно, утомительно. Давайте посмотрим, сможем ли мы добавить немного остроты. Локоть развернул его и подтолкнул обратно через стол.

– Добавь имя Снегиря Толоконного в список, Ревицкий.

Толстяк выглядел смущенным.

– Распорядитель монетного двора? – пробормотал он сквозь свои толстые губы.

– Он самый.

– Но я никогда не встречал этого человека.

– И что? – рявкнул Локоть. – Делай, как я тебе говорю. – Ревицкий сделал паузу, слегка приоткрыв рот. – Пиши, жирная свинья. – Подручный Фёдор хрустнул костяшками пальцев.

Ревицкий облизнул губы.

– Снег... ирь… Толоконный, – бормотал он себе под нос, пока писал.

– Превосходно. – Локоть осторожно закрыл крышку своих ужасных, но прекрасных инструментов. – Я рад за нас обоих, что сегодня они нам не понадобятся.

Фёдор защелкнул наручники на запястьях заключенного и, подняв его на ноги, начал тащить к двери в задней части комнаты.

– Что теперь? – крикнул Ревицкий через плечо.

– Зауралье, Ревицкий, Зауралье. Не забудь взять с собой что-нибудь теплое.

Дверь с треском захлопнулась за ним. Локоть посмотрел на список имен в своих руках. Снегирь Толоконный в самом низу. Одно имя. На первый взгляд, такой же, как и другие. Толоконный. Просто еще одно имя. Но такое опасное.

Святослав ждал снаружи в коридоре, как всегда улыбаясь.

– Может, мне спустить толстяка в канал?

– Нет, Святослав.

– Вы сегодня в милосердном настроении, инквизитор.

Локоть фыркнул.

– Милосердие было бы каналом. Эта свинья не протянет и шести недель на Севере. Забудь о нем. Мы должны арестовать Снегиря Толоконного сегодня вечером.

Брови Святослава поползли вверх.

– Не распорядитель ли монетного двора?

– Он самый. По прямому приказу его высокопреосвященства. Похоже, он брал деньги у ткачей.

– Ой, как не стыдно!

– Мы уйдем, как только стемнеет.

Худощавый подручный кивнул, его длинные волосы колыхнулись. Локоть повернулся и заковылял по коридору, постукивая тростью по грязным плиткам, левая нога горела.

«Почему я это делаю? – снова спросил он себя. – Почему я это делаю?»

Глава 4. Карты, деньги, два меча

1

В Москве был прекрасный весенний день, и солнце приятно светило сквозь ветви ароматного кедра, отбрасывая пятнистую тень на игроков внизу.