Черный Шаман

Придется забирать западнее, чтобы не напороться на Хендаваши.

Но пройти им удалось не больше километра. Недаром время от времени по сторонам раздавалась подозрительная возня, а макаки на верхушках орали с особой пронзительностью. Так или иначе, когда одновременно с разных сторон из травы возникло с десяток черных, полуголых громил с копьями наперевес, готовых в любую секунду метнуть свое примитивное, но чертовски острое оружие, оба диверсанта остановились как вкопанные.

– I guess we're fucked now, – сообщил Ирвин.

 – Постреляем или убежим?

– Попробуем договориться, – решил Вадим и поднял руки. Но воины вокруг ничуть не убавили в суровости. – Мы из контингента ООН, – заговорил сержант. Французская речь с примесью явно английских слов должна была убедить поселян, что пришельцы – не киафу. Иначе рассчитывать на снисхождение не приходилось.

Сержант осторожно расстегнул ворот гимнастерки и вынул на свет армейский медальон. Один из копьеносцев, самый представительный и покрытый множественными рисунками по всему телу, осторожно приблизился к нему, щурясь на металлическую пластинку.

На ней были выбиты четыре буквы «KFOR» и стоял многозначный код.

– Где украл, белый подлец, сын больной обезьяны, вонючий помет безрогой антилопы? – спросил негр на очень плохом французском.

– Мое! – твердо заявил Вадим.

На град оскорблений он решил не реагировать – кто знает, может, в джунглях Новой Либерии это принятая форма приветствия.

Хозяин местности укоризненно покачал головой и ткнул пальцем в Ирвина:

– Киафу?

– ООН, – отозвался американец на таком же отвратительном афро-французском наречии и продемонстрировал такой же медальон, как у Вадима.

 – Идем мимо, никого не трогаем. Оберегаем мир в стране. Мир Дагону!

– Киафу, – словно соглашаясь сам с собой, кивнул человек с копьем.

В ответ собравшиеся вокруг таха взметнули руки с копьями и издали настолько воинственный, согласованный клич, что от его мощи и глубины мороз подрал по коже Вадима. Хотя жара сегодня стояла не менее сильная, чем обычно.

Один из копьеносцев отдал оружие товарищу, вынул из-за спины приплюснутый барабан и принялся колотить в него палкой, смахивавшей на бедренную кость. Да и сам инструмент, очень может быть, покрывала человеческая кожа.

– Let's get the fuck out of here, – вполголоса сказал Ирвин. – Сожрут и не поморщатся.

– Откуда здесь людоеды? Ты что, сбрендил? Разберутся и отпустят.

– Ох, сомневаюсь... Тебе виднее, командир.