Кровь и лёд. Бешеный Пёс

Хотя это я, наверняка, уже передёргиваю. Но ситуация действительно странная. Нас предали свои. Те, кто отправлял Васильева и ещё троих бойцов роты поддержки в центр подготовки».

Пока я размышлял на отвлечённые темы, из разлома показались знакомые лица.

Озабоченный произошедшим Фёдор Фёдорович; ещё бледный после потери крови, но неунывающий Николай; пошатывающийся от усталости и магического истощения Александр; зеленоватый от смерти товарищей Глеб, а также вымотанный, но готовый к отражению нападения Владислав.

Последний, выйдя из разлома, успел окинуть внимательным взглядом место подрыва мин, оплавленный кузов чадящего автомобиля, а также множественные разрушения, принесённые молниями Павла.

– Вот же задница мамонта! – не преминул прокомментировать он увиденное и задумчиво посмотрел на лейтенанта – И что будем делать? Кому звонить? Что докладывать? Ведь нас подвёл под удар ни кто-нибудь, а своё же отделение поддержки, с проверенными парнями.

Глядя на крайне задумчивое и усталое лицо офицера, я решил вмешаться.

– Предлагаю первым делом допросить водителя автобуса. Его не убили, и он до сих пор лежит связанным. Может, что-то знает?

– Что же ты сразу не сказал?! – воскликнул Владислав и поспешил к автобусу.

– Пацевич? – услышал я хриплый старческий голос – неужели действительно выбрались?

Мужчина, фамилию которого я только что узнал, ответил что-то невнятное…

– Может сразу за Павла взяться? – предложил офицер, посмотрев на меня – Что водитель вообще знает?

Я лишь покачал головой.

– Сначала нужно ознакомиться с информацией от других источников, чтобы знать, что именно спрашивать и ловить его на противоречиях и обмане. Да и опасаюсь я пока к нему подходить. Он весьма сильный маг и с лёгкостью бросается сильнейшими заклинаниями. Внедорожник – его работа!

– В самом деле? – ещё больше напрягся офицер, посмотрев на пленников – Этого я точно не ждал. Всё интереснее и интереснее…

– Гордей – прервал наш разговор Рибутов – Может, давай пожрём? Я знаю.

Ты специально брал мешок с едой из столовой.

– Да – согласился я и тут же ощутил дичайший голод – Вещевой мешок в автобусе, под моим сиденьем.

Говорить парням, что всё это я, вообще-то, брал для себя – не стал. Хоть голод был диким и делиться ни с кем не хотелось, но и жадничать было не с руки. Не поймут люди подобную мелочность после всего пережитого вместе за сегодня, а ведь мне ещё нужно будет уговорить их молчать о моих талантах.